Реклама
Реклама

Литературный спиритизм Путина

Реклама

Vasily_Perov_-_Портрет_Ф.М.Достоевского_-_Google_Art_Project
Ноябрь 29, 2013   12:01:34 PM
К блюдам с бутербродами проталкивались Пушкин, Лермонтов, Достоевский. Идея создания этого жутковатого зрелища родилась в Кремле. Но президент России напоминал не медиума, деликатно общающегося с душами умерших, а самого себя – подполковника КГБ, уверенного, что полезно пнуть сапогом в душу литературы, которая слишком непредсказуема и непослушна.
Кто подсовывает президенту Путину «экстравагантные» сценарии его появлений на публике? Исполнители подстраиваются под интеллектуальные и эстетические вкусы заказчика: полеты со стерхами, вылавливание огромной рыбины, авторалли, ныряние в морскую пучину за древними амфорами. И вот теперь – открытие Литературного собрания.
В самом словосочетании «Литературное собрание» президента прельщала не столько литература, сколько «собрание» с волнующими его плебейское сердце старорежимными коннотациями (он в свое время заявлял, что чекисты как цвет нации сегодня выполняют функцию дворянства). Никто бы особо не возражал против новой формы общения писателей. Но почему-то главными действующими лицами проведенного Путиным мероприятия стали не писатели, а… их потомки!
Литературное собрание потомков и членов семей русских классиков было дубоватой демонстрацией «преемственности» в нынешней российской культуре. Но беда в том, что потомки классиков сохранили только их фамилии – пером они не владеют, а некоторые попросту производили впечатление клинических идиотов. Природа, посрамив менделизм-морганизм, здорово отдохнула на наследниках гениев. Кроме них присутствовали и писатели с «обыкновенными» фамилиями. То, что среди пятисот собравшихся оказались также критики, литературоведы, преподаватели литературы, библиотекари, музейные работники, издатели, позволило понять  стратегический замысел кремлевских политтехнологов. Он позаимствован из основополагающего труда «Партийная организация и партийная литература»: «Литературное дело должно стать частью общепролетарского дела, «колесиком и винтиком» одного единого великого социал-демократического механизма». Ну, РСДРП сегодня называется «Единой Россией», а вообще цитату можно включить в предвыборные тезисы Путина накануне следующей президентской кампании. И очень символично то, что советника президента по культуре Толстого (не унаследовавшего бесстрашия предка и его презрения к власти) зовут Владимир Ильич.
Эту разношерстную компанию собрали в Университете дружбы народов не для интеллектуального разговора о литературе, а именно для того, чтобы напомнить: все они – «винтики и колесики». Сначала участников Собрания развели по «секциям», но поскольку делать там было нечего, а пятьсот организмов все сильней ощущали совсем не творческие позывы, всех пригласили – в лучшем духе хрущевских встреч с творческой интеллигенцией – закусить чем бог послал. Правда, большинству бог послал столы с бутербродами и пирожками, а в столовую были приглашены находящийся ближе к верховному шеф-повару духовник президента настоятель Сретенского храма Тихон Шевкунов, без лести преданный партии и правительству Станислав Говорухин – и, конечно, носители знаменитых фамилий. Затем насытившиеся, умиротворенные гости заполнили актовый зал РУДН, чтобы послушать наставления президента.
Путин немного и невразумительно поговорил о необходимости улучшить преподавание литературы в школах, но с особым красноречием осветил проблемы порядка в государстве. Он сказал, что в России нет политзаключенных, а есть хулиганы, нападающие на беззащитных полицейских. По его словам, если их не сажать, то страна вернется в 1917 год, когда можно было «нарушать закон, срывать погоны, бить в лицо», или – что не менее страшно – к такому разгулу насилия, как в ходе лондонских беспорядков. (Нельзя не восхититься выверенностью каждого слова у президента, который указал на анархию не во Франции или в Испании, а в недружественной Кремлю Англии).
Короче, литераторам, учителям, издателям было указано: в России все замечательно и нельзя принимать за демонстрации протеста сборища агрессивных погромщиков. От имени русских классиков вставил пару слов Дмитрий Достоевский. Он верноподданно заметил, что его прадед осознал нарушение им закона, а пребывание на каторге превратило его в гения. Оратор выразил надежду, что и у кого-нибудь из арестованных на Болотной на зоне откроется литературный талант. Вдова Солженицына бестактно выкрикнула, что российские лагеря стали людоедскими, но ее не поддержали. Зал смолк, подавленный глубиной и актуальностью мыслей Дмитрия Достоевского (и проигнорировав его незнание биографии родственника: гениальность проявилась уже в ранних произведениях Федора Михайловича, написанных до каторги, а «нарушением закона», за которое петрашевцев приговорили к казни, садистски  отмененной в последний момент, было чтение письма Белинского Гоголю).
Благоразумно не касаясь плохо знакомой ему темы, Путин предпочел говорить не о словесности, а о значении русского слова – со свойственной ему масштабностью мышления. Президент с затаенной угрозой в чей-то адрес предупредил, что «русский язык язык слишком велик, чтобы его традиции можно было разрушить». Самая примечательная фраза: «Есть задача сделать русский язык и русскую литературу фактором влияния в мире». До такой формулировки не поднялся даже главный теоретик языкознания, который хоть и был эффективным менеджером, но не додумался до установления контроля над русской диаспорой и ее СМИ.
«Люблю отчизну я, но странною любовью», — двусмысленно бросил президент, покидая Литературное собрание и оставляя зал в непростых раздумьях. Кое-кто из писателей задумался еще до этой встречи и решил в ней не участвовать – например, Дмитрий Быков, Евгений Попов, Юрий Буйда. Борис Акунин заявил, что пока в стране существуют политические репрессии, он не может находиться в одном помещении с Путиным. Лимонов саркастически заметил, что пошел бы в Литературное собрание, если бы был не писателем, а потомком. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков весьма определенно предупредил, что эта фронда не останется незамеченной: «У нас есть несколько представителей литературного сообщества, которые несмотря на традиционные приглашения так же традиционно подобные встречи не посещают и традиционно лишают себя возможности пообщаться с президентом, задать ему те вопросы, на которые они сами не могут найти ответ». Тут характерна не только элегантность стиля, но и четкая установка: писателям больше не следует задумываться о «проклятых вопросах» русской литературы – все ответы можно получить если не у президента, который очень занят, то у его помощников.
Таким тоном – полу-фамильярным, полу-угрожающим — сегодня российская власть говорит с деятелями культуры. С разгулом демократии покончено. Пора строиться в ряды и смирно выслушивать ответы на вопросы.
Аналоги Литературного собрания уже создаются и в других сферах искусства.
На днях из МХТ имени Чехова уволился режиссер Константин Богомолов, известный нашумевшими спектаклями. Все считают, что причина ухода – требование руководства театра о переработке нового спектакля Богомолова «Карамазовы».
Худрук вправе предлагать изменения в готовящемся спектакле. Однако с Богомоловым все не так просто. В скандальной постановке «Идеальный муж» он ухитрился вставить и российских чиновников-взяточников, и — что совершенно кощунственно – распил бюджета Олимпийских игр в Сочи! Судя по отзывам, он изрядно осовременил и Достоевского. А худрук Олег Табаков – человек большого таланта, но с властью никогда не ссорится. Может быть, он консультировался с Дмитрием Достоевским?
Мне доводилось писать о том, что в российском кинематографе введены «критерии», по которым минкульт финансирует – или не финансирует — постановку фильмов. Главное заключение относительно «правдивости» сценария выносит Российское военно-историческое общество, которое возглавляет министр культуры Владимир Мединский.
На днях Мединский пообещал, что его ведомство и другие структуры «скинутся» на постановку фильма о подвиге панфиловцев. Небольшая справка. Первую статью о 28 панфиловцах, погибших, но не пропустивших немецкие танки,  опубликовала в ноябре 1941 года «Красная звезда». Через несколько лет военная прокуратура проверила факты и установила, что это «литературный вымысел». (Достаточно упомянуть, что кто-то из павших совсем не погиб, а один… продался фашистам!). Но ее выводы засекретили, так как панфиловцам уже ставили памятники, посвящали поэмы. Обо всем этом писали в последние годы, но медиумы из Военно-исторического общества продолжают выкликать души героев.
С наукой в России все замечательно. Недавно на конференции правоведов в Сорбонне произвел фурор крупный теоретик и практик – глава Следственного комитета России Бастрыкин. Он отверг утверждения о политических преследованиях в его стране, о пытках в СИЗО. Правда, аудитория кричала: «Убийца». Но эмоциональные французские юристы просто еще не ознакомились с выступлением Путина в Литературном собрании.
Реклама

Посмотреть также...

Поразительно! Озарение справедливостью и равенством приходит именно тогда, когда человек теряет власть.

06/22/2021  15:31:21 Кушнир Алекс

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Реклама