Главная / Антитеррор / Кривоватые итоги

Кривоватые итоги

06/12/2018    06:35:11

Автор: Владимир Янкелевич

От редакции: продолжение темы, начатой статьями Мирона Амусья: Подведение итогов” и Эллы Грайфер: «И кто же тут у нас герой?»

Ну почему бы мне не написать работу по теоретической физике? И почет, и возможность посидеть “самого себя по шее гладя…” Правда есть маленькая проблема, ну не понимаю я в этом ничего, школьного уровня тут явно не хватит.

Или попробовать? Вот уважаемый Мирон Амусья написал же то, что, по статье видно, понимает весьма приблизительно.

Например, совершенно непонятно, что имеется виду под “гуманными принципами поведения военнослужащих в боевых столкновениях”? Причем в том же абзаце — “если слово “гуманный” вообще совместимо с понятием “боевое столкновение”.

Автор заставляет волноваться: так необходимо гуманно действовать в боестолкновении или это несовместимо с боем?

Тут уж нужно придерживаться чего-то одного, либо гуманности, либо боя. Гуманных в бою больше всего на кладбище.

Еще о гуманности. Я не буду искать точной цитаты, но смысл верен: “в ответ на обстрел Сдерота из крупнокалиберного пулемета были нанесены удары по…” Причем ночью, когда там никого нет. То есть гуманисты ждали пулемета, который по чистой случайности никого не убил, а потом в ответ… Бред какой-то. Обязанность армии не цветочки раздавать, а действовать так, чтобы обстрел мирного населения, спящего города, вообще бы не мог произойти.

Почему удар по террористам не был нанесен так, чтобы им и в голову не пришло бы стрелять по нашим городам? Видимо потому, что такой удар не понравится гуманистам. А люди, которые случайно остались живы, они должны страдать в интересах гуманности?

И вот тут начинают страдать “гуманисты”: Как можно, “пришедшего убить тебя, убить первым”? А вдруг он не хотел убить, а просто это традиция народная такая, стрелять? А вдруг он просто оружие с холостыми патронами поднял и прицелился в шутку?

Отдельно нужно остановиться на такой максиме уважаемого Амусьи: ”…сомнительно, чтобы реальный современный закон просто мог бы копировать это талмудическое положение, в котором даже не содержится требование доказывать, что данный субъект пришёл тебя убить”.

Доказательством, что данный субъект пришел убить, “такой бумажкой! Окончательной бумажкой, броней” является только труп убитого. Все остальное — не более, чем предположения.

Нельзя сказать, что с автором ни в чем нельзя согласиться. Например с тем, что выстрел Азарии “нарушал армейские инструкции” согласиться можно. Нарушение инструкций было.

А судили разве за это?

И вот уважаемый автор пишет: ”Осудив Азарию за “убийство по неосторожности”, суд сделал наказание сравнительно мягким — 1,5 года тюрьмы”.

На мой взгляд, простого здравомыслия достаточно, чтобы понять всю сюрреалистичность, лживость этой формулировки.

Не так давно два солдата игрались, кто быстрее выхватит пистолет, и один из пистолетов выстрелил. Солдат погиб. Вот это было убийство по неосторожности. В деле Азарии “убийства по неосторожности” не было.

Все это напоминает анекдот, когда еврей в шабат увидел бумажник с деньгами, но в шабат деньги брать в руки не положено. Он помолился, и произошло чудо — кругом шабат, а у него среда. Примерно так и сработала юстиция.

Уважаемый Мирон Амусья оставил вне рассмотрения и то, что мнение о виновности Азарии было высказано военными “властями предержащими” немедленно, до разбирательства по существу.

Но это в порядке вещей, это уже такая израильская традиция. Вот, к примеру, президент Ривлин, как проснулся, как узнал, что в три часа ночи в арабской деревне подожгли дом, так сразу, даже кофе не выпив, заявил, что “дети моего народа стали на путь террора”. Откуда и как он узнал, кто поджег, сие тайна великая есть. Но сказал. А такие слова не отражают реальность, а формируют, создают реальность. Дома там продолжают поджигать, причем на явном самообслуживании, но Президент не извинился. Ну сказал, не сказал, какая разница?

На суде командир Азарии майор Том Нейман (נעמן) заявил, что от убитого Азарией террориста не исходило опасности потому, что нож лежал в стороне, и он, не осмотрев террориста, почувствовал, что от него опасности не исходит. А путавшийся Азария говорил, что на террористе была широкая куртка, не по сезону, и под ней мог быть пояс шахида.

Свидетель, которого называют сержантом Д., написал Нейману: ”У вас хватает наглости и заявить, что террорист не представляет опасности, потому что он только закатил глаза. Но он также двигался…”

И далее: ”Вы даже не потрудились проверить, тогда, как гражданские лица, включая медиков, предупреждали о возможной опасности”.

Согласно версии и показаниям майора Ноймана террорист ко времени выстрела, произведенного Азарией не представлял опасности в то время, когда ряд других свидетелей и участников события считали, что вероятность того, что под одеждами террориста спрятана готовая к применению взрывчатка невероятно высока. Сержант Д. указывает на то, что показания майора Неймана построены таким образом, чтобы выгородить себя, показав себя ответственным, заботящимся о подчиненных командиром, офицером решительным, уравновешенным и с быстрой реакцией.

Но все это ушло в песок.

Военные судьи и тогда еще капитан Нейман понимали, что им еще служить и служить… Вот потому Азария “путался”, а офицер Нейман — нет.

Азария — молодой и не очень образованный парень. На него давили со всех сторон, обещали и советовали, давали рекомендации все, кому не лень, как армия, так и адвокаты… Вот парень и менял свои показания. Но вы пишете, что это “снизило доверие к нему, что нашло прямое отражение в судебном решении”.

Странно. Там была куча народу, множество свидетелей сослуживцев. При чем здесь доверие? Суд и следствие должны были установить и доказать факт независимо от доверия к Азарии.

Слова уважаемого Мирона Амусьи: ”В связи с приговором Азарии противники осуждения, “героизаторы”, назовём их так, предрекали: “Теперь солдаты будут бояться открывать огонь по врагу, и всё из-за юристов-казуистов!”. Ошиблись они — дисциплина, как и мастерство, вовсе не упали, о чём свидетельствует точность огня израильских снайперов, ликвидировавших совсем недавно более 60 подстрекателей-”демонстрантов”, пытавшихся прорваться через разделительный забор Израиля с Газой”.

Эти слова вызывают вопросы к автору, далеко не рядовому ученому.

Как уважаемый профессор из того, что были ликвидированы 60 подстрекателей, смог сделать вывод о том, что “дисциплина, как и мастерство, вовсе не упали”?

Так писать могли бы Ванга или Глоба, но для автора — пассаж удивителен.

На снайперах остановимся отдельно.

“Каждый воин должен понимать свой маневр” — когда-то сказал Суворов. Немцы произвели фуррор (назовем это так), отдав инициативу всего лишь на один уровень ниже, чем это было принято в остальных армиях и, благодаря этому, получили невероятно гибкую и мобильную военную машину, способную разнести пол Европы. Примерно в этот момент и стало понятно, что чем меньше народу в организации просто “берет под козырек”, тем более эффективна эта организация “в случае чего”.

Понимание на всех уровнях “своего маневра” и есть коренное отличие ЦАХАЛа от арабских армий. Это и приносило победы.

Вернемся к снайперам. Рядом со снайпером теперь стоял офицер, он отдавал приказ, а снайпер нажимал на курок.

Со снайперами работали психологи, охраняя их психику и моральное самочувствие, им регулярно рассказывали “об огромном значении точной и прицельной стрельбы и о том, что такая стрельба — единственный способ предотвратить пересечение границы”. Там же отметился главный военный прокурор, бригадный генерал Шарон Офек, который тщательно проверил приказы на открытие огня, а за действиями армии наблюдали юридические советники, которые не нашли в них никакого изъяна.

Обычно все знают, как лечить, учить и управлять государством. Но знают ли все, что такая работа со снайперами убивает в них солдата?

Сейчас в Газе расцвели поджигатели. В Израиле горят поля, леса, работает пожарная авиация. Террористы или нет эти поджигатели, запускающие змеев с коктейлями Молотова из Газы? Если они просто любители запускать змеев, то так и нужно сказать, что просто отдыхают детишки. Но если они террористы, то куда делись снайперы? Вот если в пожаре (не дай Б-г) погибнет еврейская семья, то вот тогда в ответ… Главное автору и Младенову понравится. Пропорциональность будет.

Уважаемый Мирон Амусья похвалил юридическую систему армии, “её не удалось взять, что называется, горлом и на испуг”. Но не заметить, что эта юридическая система сработала именно под дирижерской палочкой министра обороны Моше Яалона, автор смог.

В этом ничего необычного нет.

Было подобное, к примеру, и с подполковником Шломо Айзнером. Он ударил винтовкой по лицу пропалестинского активиста. То, что мы видели на картинке, было явно отредактировано. От такого удара, какой нам показали, этот “активист” очень долго лечился бы в больнице. Но через 20 минут “активист” совершенно целый давал интервью, а у подполковника были два пальца в гипсе. Как пальцы подполковника оказались в гипсе, и как чудесно исцелился “активист”, автором видео вырезано.

Дальше все стандартно. Еще до разбирательства подполковника резко осудил Президент Израиля Шимон Перес, а министр обороны Бени Ганц немедленно пришел к выводу, что основные обстоятельства происшествия с подполковником Шломо Айзнером ясны.

Подполковник отстранен от должности, снят с поста заместителя командира учебной базы и ему запрещено в течение 2-х лет занимать командные должности. Оказывается, что решение военного руководства подполковник спровоцировал сам своими заявлениями. Он заявил, что действовал совершенно правильно, не выразил сожаления по поводу случившегося и упирал на то, что сам пострадал, демонстрируя два перевязанных пальца на руке.

Это еще один экзамен на зрелость военной юстиции?

Нет, не так. Просто инцидент получил нежелательную для Израиля огласку, а пострадавший “активист” оказался гражданином Дании. Да еще и ЦАХАЛ не смог представить видеозапись событий, подтверждающую заявления Айзнера. Напомним, что речь идет о герое Второй Ливанской войны, не раз под пулями защищавшем страну, удостоенного высокой награды за то, что с риском для жизни он под огнем на поле боя спас раненого бойца. Но какое это имеет значение, если к своим словам и словам своих солдат он не приложил видео?!

Для миро- и мифотворцев подчеркиваю, что я не поддерживаю право бить прикладом по зубам или стрелять в нейтрализованных террористов. Я возмущен сложившейся в Израиле практикой до расследования давать свои оценки, точно указывающие, кто прав, кто виноват… А ну-ка потом расследуй и суди, когда уже высказались Президент и Министр обороны…

Но военная юстиция иногда проявляет и удивительную гибкость. В частности она действовала совершенно иначе в деле Гилада Шалита. Что-то способность противостоять общественному мнению и судить по существу в его случае дала сбой.

Говорите, “дело Азарии” не повлияло на армию? Что-то очень сомнительно.

Так Израиль в Газе ведет очень странные действия. Вот попала арабская ракета во двор детского сада, так грозный ЦАХАЛ вместе с прокурорами и юридическими советниками за спиной солдата ответит на это! А кто ответит за то, что допустили такой обстрел?

Непонятно?

Как раз абсолютно понятно: основная забота, ее можно и назвать “синдром Азарии”, в том, чтобы тебя не обвинили. А вдруг потом начнут арестовывать в Лондоне? Или не обнимут в Брюсселе после демобилизации… Нужно прикрыться, подстелить соломку…

Но реагирование “в ответ” — это путь поражения. Это игра по сценарию Хамаса.

Уважаемый автор забывает, что “смиренный воин есть противоречие в себе. Общество кротких лишено силы. Мир не состоит из идеальных людей”.

Воин, он воин не только в силу занимаемой должности, но и в силу особенностей личности. Вероятно, что из него получился бы плохой бухгалтер, но из хорошего бухгалтера или снабженца, скорее всего, получится плохой командир подразделения спецназа. Не большой секрет, что подразделения нужно и комплектовать людьми и использовать в соответствии с особенностями их личности. В штабах служат одни, а на поле боя другие, и совсем не факт, что они взаимозаменяемы.

Отвечу на еще не прозвучавшее возражение: да, в начале службы они все одинаковые, но потом жизнь всех расставляет по своим местам — кому водить бойцов под огнем в атаку, а кому в штабе размышлять над картой и решать, куда именно нужно вести этих самых бойцов. В идеале мы можем мечтать о солдатах и офицерах всегда ведущих себя в любой обстановке одинаково, но это не про живых людей.

Что касается меня, то я предпочитаю армию Эльоров Азарий армии Гиладов Шалитов.

Источник: «МАСТЕРСКАЯ»

authorАвтор: Владимир Янкелевич

военный эксперт http://www.polosa.co.il

Посмотреть также...

ТАМБОВСКИЙ ДРУГ

08/20/2018   19:13:22 Леонид Луцкий Фейсбук – оружие пролетариата. Вот придумай я этот лозунг на 240 …

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: