Главная / В Украине / ЕВРЕЙСКИЙ КРЕМЕНЧУГ. АРТЕФАКТЫ И ФАКТЫ.

ЕВРЕЙСКИЙ КРЕМЕНЧУГ. АРТЕФАКТЫ И ФАКТЫ.

06/21/2018   18:41:02

Барух Бавли (Борис Бабилуа).
В 1984 году, в Кременчуге, во время земляных работ на Бульваре Пушкина, был обнаружен клад из серебряных и золотых изделий.
О кладе том (тогда прокладывали траншеи для теплотрассы) гудел не только Кременчуг, но и вся Полтавская область.
Что же было обнаружено в том кременчугском кладе?
Несколько столовых серебряных наборов дореволюционного российского производства, японские серебряные чарки, обломки и целые золотые и серебряные изделия, золотые монеты. Но, самое, пожалуй, интересное — полуистлевший свиток Торы.
Общий вес клада потянул за 40 кг., он был сдан государству. С тех пор никто и никогда больше не слышал ничего о дальнейшей его судьбе: куда попал, где хранится?
Бульвар Пушкина, в Кременчуге, проходит как раз в том месте, где располагались до войны синагоги, хедеры и бейт-мидраши.
Нас интересуют еврейские артефакты, и мы, естественным образом, пытаемся их отыскать.
Кременчугская Хоральная синагога (1855-1943);
Главная Хоральная синагога в Кременчуге была построена в 1855 г., на средства коробочного сбора, собранного еврейской общиной. Забор средней школы № 20 стоит на фундаменте и кладке разрушенной в 1943 г. Хоральной синагоги (ул. Квартальная/Залудяка/). Местами даже видны кирпичи. А под стадионом школы скрыты подвалы и подземелья синагоги.
Нам удалось исследовать кирпич, он, действительно, очень старый, с клеймами.
Старый кирпич, из которого была выстроена Главная Хоральная синагога в Кременчуге;
Известно, что производством кирпича, в Кременчуге, занимались братья Немец.
Изготавливали кирпич и в местечке Опошня, Зиньковского уезда Полтавской губернии. Опошня издревле славилась своими мастерами, являясь общепризнанной столицей украинской керамики. В конце XVIII — начале XX века в Опошне работало около 1000 гончаров, продукция которых поставлялась далеко за пределы губернии. Скорее всего, эти облицовочные кирпичи были изготовлены небольшими гончарно-кирпичными мастерскими таких владельцев, как: В.О.Бордюг; Братья-староверы Филипп, Никифор и Сила (Силантий) Мякоступ; Иван Оначко; Яков Штанько (Я.Ш.); Я.П.Гресько; Иван Пругло; Сергей Шаблий; Кирпич с клеймом «П.К.», из Полтавы, скорее всего, принадлежит заводу купца Пейсаха Мордковича Корфа. Он был основан в предместье Кулики и ранее принадлежал Шейнцвиту. Завод действовал приблизительно до 1916 г.
В Полтаве действовал завод Мордко (Мордуха) Боруховича Радунского. Завод был основан в середине 1800-х гг. и затем, в начале XX века, был унаследован сыновьями — братьями Иосифом и Моисеем (клеймо «Бр.Р.»).
Основанный в Полтаве в 1860 г. кирпичный завод принадлежал немецкому подданному Вильгельму Трепке. К концу 1880-х годов завод В.Трепке был унаследован его дочерью Эмилией Вильгельмовной (клеймо «Э.Т.»).
Завод, принадлежавший вдове майора В.А.Остроградского — Елизавете был учрежден в 1840 г. в деревне Погребы, Кременчугского уезда Полтавской губернии. Завод работал вплоть до 1914 г.
В местечке Деймановка, Пирятинского уезда Полтавской губернии, находился маленький заводик, принадлежавший помещикам Закревским.
Довольно часто, при строительстве тех или иных зданий, евреи в Кременчуге использовали кирпич, поставлявшийся из других губерний Российской Империи, и даже из-за границы.
Забор школы № 20 стоит на фундаменте и кладке разрушенной в 1943 г. Хоральной синагоги;
В 1971 году на территории школы №20 случайно был найден клад с золотыми монетами (прямо напротив нынешнего Дома детского творчества). Клад обнаружил школьник, перепрыгнувший через вырытую траншею. Тогда об этом событии писала газета «Кременчуцька Зоря». Заметку дополнял снимок, на котором начальник Кременчугского горотдела милиции полковник Брюхачов вручает «герою» именные часы.
Евреи Кременчуга объединились в общину более двухсот лет назад. В городе проживали раввины — светочи религиозного еврейства, две дочери цадика Нахмана из Брацлава – Сара и Хая, купцы первой и второй гильдии, меценаты и благотворители, общественные деятели, революционеры, военные и чиновники, простые кременчужане – труженики.
Выйдя замуж, родная сестра великого Шолом Алейхема — Броха переехала в город Кременчуг. Погибла Броха Райзман (фамилия по мужу) трагически: когда спускалась в погреб за соленьями, перекрытия внезапно рухнули и погребли женщину под собой.
Город Кременчуг тесно связан с Мителер Ребе, вторым Ребе ХАБАДа, который прожил здесь некоторое время, после ухода из материального мира его отца — Шнеура Залмана (Алтер Ребе), и даже существовала вероятность, что духовный центр движения ХаБаД будет находиться именно в этом городе, однако потом, как известно, Мителер Ребе избрал своей резиденцией местечко Любавичи, которое дало еще одно имя всему течению хасидизма, основанному ребе Шнеуром Залманом из Ляд.
Удалось выяснить, что сын Чигиринского рава («Чиринер Ров») —  реб Хаим похоронен в Кременчуге. Об этом упоминается в книге «Сиах сарфей кодеш»: «Рав Хаим, сын рава Нахмана Гольдштейна, похоронен в Кременчуге, куда он бежал из Чигирина вместе с другими беженцами во время Второй Мировой войны» (Сиах сарфей кодеш. Бреслев, т.4; гл. 630). Это известно, также, со слов его товарища, старейшины брацлавских хасидов прошлого поколения — рава Леви-Ицхака Бендера.
Многие здания в Кременчуге, «дотянувшие» до нашего времени, принадлежали евреям. Но, об этом едва ли кто знает сегодня.
Часто, в спешке, мы пробегаем мимо этих старых зданий, порой по-многу раз в день, не задумываясь, не обращая внимания на их архитектуру, не вдаваясь в их историю, не озадачивая себя вопросом — каким чудом, вообще, сохранились для нас эти постройки конца XVIII — нач.XX века.
Как известно, до войны, в Кременчуге проживало около 47% еврейского населения.
Синагога «Сандомирский» находилась в Кременчуге, на ул. Киевской , в доме Фроима Сандомирского. Старостой числился купеческий сын — Аншель, казначеем — мещанин Израиль Кроль; ученый, мещанин — Фридель Свет. К сожалению, здание не сохранилось, но, обнаружился снимок этой синагоги, нач. ХХ века.
Синагога «Немец» размещалась на углу ул. Весёлой и Гериковского переулка, в доме И.Немеца. Староста — купец Мендель Хосидов; казначей, мещанин — Янкель Островский; ученый, купец — Исаак Немец.
Дом , построенный в 1901 г., сохранился до нашего времени, и является памятником архитектуры местного значения. В здании расположилась поликлиника кожно-венерологического диспансера.
Здание бывшей Еврейской женской гимназии.
Синагога «ХАБАД», в Посаде Крюков (Крюков-на-Днепре), располагалась на улице Херсонской, в доме Акульшина. Староста, купеческий сын — Борух-Бер Кроль; казначей купец Липа Рахмилевич; ученый, мещанин Лейзер Мордухович; В начале Херсонской улицы, на берегу Днепра, находился лесопильный завод Шнеура-Залмана Гурария, основанный в 1880 году, заводы Б.Кроля (1896 год), Г.Залкинда (1880 год), магазины Свердлова.
В Посаде Крюкове, также, располагались: «Синогога». Правление: Староста, мещ. Рафаил Слуцкий; казначей мещ. Иосель Немировский; ученый, мещ. Алтер Верховский. Слуцкие был членами Крюковского общества взаимного кредита. Молитвенные дома: «Сфарад». Староста, купец Шая Гальперин; казначей, мещ. Эля Коган; ученый, куп. Ойзер Таланкер; Существовали в Кременчуге и частные еврейские училища: Женское частное еврейское училище Мееровича находилось на Херсонской улице, в доме Акульшина;
Мужские еврейские училища Либина — в Павловском переулке, в доме Вязьмитиной; Ломбарда — на Красной площади, в доме Фидельмана; Иайсиловского — на Александровской улице, в доме Гуревича.
Реб Аврум-Шлойме Гуревич и Эмануил (Маня) Гуревич были в Кременчуге известными меламедами.
Иешива ХАБАД существовала в Кременчуге с 1844 года. Это была одна из первых в Российской Империи хасидских иешив.
Располагалась она в здании нынешней городской типографии (ул.Перемоги,40). Директором этой иешивы был реб Исроэль Ноах Белиницкий. Он, также, работал бухгалтером и кассиром на табачной фабрике Гурария.
В 5686 году (1925 -1926), по поручению Ребе РАЯЦа, будущий седьмой Любавический Ребе — Менахем Мендл Шнеерсон тайно посетил иешиву ХАБАД «Томхей Тмимим» в Кременчуге. В 1931 г. иешива была принудительно закрыта «советами», многие раввины, меламеды и учителя были репрессированы. Затем в здании разместили еврейскую школу №3, в которой обучение велось на языке идиш. Так было до 1937 г., пока все еврейские школы не перевели на русский язык обучения.
Чудом здание бывшей иешивы сохранилось до наших дней.
До наших дней сохранилось в Кременчуге и здание Бейт Мидраша (ул.Квартальная/Залудяка/,3). Бейт Мидраш (буквально «Дом Учения») — место, специально предназначенное для постоянного изучения Торы. Бейт Мидраш обладает особой святостью, его по праву можно назвать центром еврейской жизни. Сегодня же в здании бывшего Бейт- Мидраша — специализированное предприятие «Теплоизоляция».
В Особняке Рабиновича, до революции, собирались на молитву знатные евреи — купцы и мещане.
Здание, в котором размещалась Еврейская Народная библиотека;
До 1938 года в Кременчуге работала Еврейская Народная библиотека (т.н. «аудитория»), в здании, сохранившемся до нашего времени. Это здание расположено рядом с краеведческим музеем, на улице Соборной. Директором еврейской библиотеки был раввин Абрам Штейнгарц. Сейчас в здании — кофейня «Кофан».
В здании, на углу улиц Шевченко (до революции – Харчевая) и Театральной (до революции Мариинская), до войны, находилась одна из еврейских женских гимназий. В этой гимназии учились и дети немцев, проживавших в городе. Накануне войны это заведение было закрыто.
На углу ул. Шевченко и ул. Бутырина сохранился старинный дом, в котором проживала семья известной в городе женщины — провизора Глики Вольфович. Её предки были известными религиозными и общественными деятелями.
В 1902 году Шолом-Алейхем посетил Кременчуг, где работал над главами повести «Тевье-молочник». Здесь, поселившись в гостинице «Пальмира», на улице Херсонской, он закончил рассказ «Годель». Вот, как описывает писатель Кременчуг в своих письмах:
«Кременчуг, 18 августа 1902 г. … местному фотографу захотелось снять меня, так выхожу вчера погулять и вижу – народ толпится возле витрины, да еще фотограф подписал мой псевдоним на еврейском языке, и гуляющие стали на меня смотреть, тыкать пальцами, заглядывать прямо в лицо, а я был вынужден спрятаться в гостинице, но меня разыскали и начали приглашать на вечера, на заседания и просто на чашку чая.» (С.с.в 6т.,М.,1959, Письма, т.6, с.704.).
Мартовский номер журнала «Восход» за 1906 г., с опубликованным на русском языке рассказом Шолом Алейхема «Годель»;
Учено-литературный и политический журнал «Восход», с приложением, издававшийся с 1881 году в Санкт-Петербурге, и отражавший интересы еврейской буржуазии, в марте 1906 году опубликовал, в переводе на русский язык, главы из рассказа Шолом-Алейхема «Годель», написанного автором на языке идиш.
Мы обнаружили в архивах тот, мартовский, номер журнала. На внутренней стороне – печать с надписью «Библиотека и кабинет для чтения Г.Х.Резникова в г. Кременчуге» и номер с1606/3(906)м4578.
Во второй раз посетив Кременчуг, Шолом-Алейхем читал свой рассказ «Годель» в Еврейской Народной библиотеке, с того самого мартовского номера, обнаруженного нами, еще будучи здоровым телом и духом, когда совершал поездку по городам и местечкам Российской Империи в 1908 г., после чего неизлечимо заболел. В том славном времени он состоялся, как блестящий рассказчик и еврейский бытописатель.
Чудом все эти здания уцелели во время революционных событий, устояли в пожарище войны. Многие из них сегодня — в удручающем состоянии. Некоторым присвоен статус памятников архитектуры местного значения, однако, никто всерьез не занимается их сохранностью.
До Октябрьского переворота 1917 г. в нашем городе было много синагог и частных еврейских молитвенных домов, экспроприированных, впоследствии, «советами». Были закрыты миквы, хедеры, арестованы раввины и меламеды, моэли и канторы.
Многие канули в ГУЛАГах, — были стёрты в лагерную пыль, многие были расстреляны.
Доктор и раввин — З.Михельсон
В метрических книгах и документах за 1911 г.упоминается казённый раввин Кременчуга — Михельсон. Никаких дополнительных
сведений о нем мы не находили. Недавно, однако, удалось обнаружить маленькое, единственное сохранившееся фото доктора и
раввина — З.Михельсона.
Удалось установить, что письмоводителем Кременчугского казенного раввина А.Фрейденберга, его личным секретарем, был Хаим-
Нохум бен Аарон Кветный (1887-1932). Документ, выданный равином, кандидатом права А.Фрейденбергом его письмоводителю 1 июля
1910 г. прислал нам правнук Н.А.Кветного, проживающий в Израиле. Женой Кветного являлась Нойма Евсеевна (Наоми бат Йеошуа
(1889-1942)), урожд. Найдич.В «Списке избирателей христианского, иудейского и других вероисповеданий, имеющих право
участвовать во ВТОРОМ городском избирательном съезде по г. КРЕМЕНЧУГУ, п. КРЮКОВУ и г. ГРАДИЖСКУ, на основании ВЫСОЧАЙШЕ
утвержденного 3-го июня 1907 г. положения о выборах в Государственную Думу. Составлен к 16 июля 1912 года.», за № 1548
значится Кветный Нохим Аронов, ценз : по торговле. Дети Наоми и Нохума были названными в честь отца и матери последнего,
соответственно: Арон (1913-1977) и Амалия (1915-1983). Позже родится ещё сын — Александр. Амалия родилась в Кременчуге, на
исходе субботы недельной главы «Реэ» 1915 (в ночь на 28 ава). Умерла в день пасхального седера 1983 г. в Хайфе.
Нами был отмечен вопиющий факт: фундамент дома (ул.Софиевская) героя Советского Союза полковника И.Д.Королева, второго
военкома (с 1945 по 1957 гг.) г. Кременчуга , был сооружен солдатами-стройбатовцами из надгробних плит, взятых со старинного
еврейского кладбища, на Артскладах, и из кирпичей разрушенной Всехсвятской церкви.
Об уничтоженном старинном еврейском кладбище в Крюкове-на-Днепре сегодня, практически, никто не знает.
Cданный 7 апреля 1872 г. в эксплуатацию мост через р. Днепр соединил Кременчуг и Посад Крюков. Больших трудов это стоило всем участникам грандиозного по тем временам проекта.
Набожные евреи, которые составляли значительную часть проживающих в регионе, были категорически против строительства моста именно в этом месте. Мост не только «разрезал» Посад Крюков, но и продолжался железнодорожной веткой через старое еврейское кладбище (находилось в районе, который сегодня носит название «Кострома». Еврейского кладбища не существует, лишь скромный мемориальный знак, у домика путейца, на ж/д переезде, напоминает об этом). Еще долго ортодоксы-хасиды протестовали: путешествуя железной дорогой, выходили из поезда и объезжали святое место, где было похоронено множество праведников, на
бричках, подводах, садясь вновь на поезд только на следующих станциях.
Письмоводитель Кременчугского казённого раввина А.Фрейденберга — Хаим-Нохум бен Аарон Кветный (1887-1932) со своей женой — Нюней, она же Нойма Евсеевна (Наоми бат Йеошуа (1889-1942), урожд. Найдич. Фото ок. 1912 г. © Док. предост. родственниками Н.А.Кветного. © «Jewish Kremenchug»;
Как-то в редакцию городской газеты, в которой мне довелось работать, зашел мужчина и передал для ознакомления материалы. Фамилию свою назвать он категорически отказался.
Родился в год смерти Сталина – в 1953. Через некоторое время в том же году вернулся домой из ГУЛАГа его дед, дворянин и бывший офицер царской армии. Дед долгое время, втайне, работал над рукописью своих мемуаров, где пытался описать и осмыслить его интересную и многострадальную долю. Как-то в узком семейном кругу дед рассказал, что в ГУЛАГовском лагере он познакомился с одним кременчугским евреем. Когда Лаврентий Берия подписал «вольную» деду, тот еврей доверил своему лагерному соузнику «великую тайну еврейского золота, спрятанного в 1918-1919 г.г. в подземных ходах, возле культовых сооружений, в еврейской
выкупленной части города Кременчуга». Кто был тот еврей из Кременчуга – сейчас установить уже невозможно, так как рукопись воспоминаний пропала. Кременчугская Любавичская иешива ХАБАД, действовавшая с начала 1920-х годов подпольно, была в 1930-х годах ликвидирована чекистами из НКВД. Вполне возможно, что тот загадочный кременчугский еврей был как раз осужден по делу иешивы.
Рассказчик заявлял, что в Кременчуг на жительство он приехал в 1968 году специально, чтобы разобраться с этими подземными ходами и кладом, как он утверждал, в 578 кг золота (золотых изделий и еврейских религиозных ценностей). Эти ценности якобы были спрятаны в 1918-1919 годах во время еврейских погромов, при атамане Григорьеве, Деникине и Петлюре.
Дом Вольфович;
Наш герой поступил учиться в один из кременчугских техникумов, затем работал на заводах, пытаясь заниматься изысканиями, хотя все культовые здания были разбиты совершенно при освобождении Кременчуга в 1943 году. Тем не менее, кое-какие сведения он собрал и даже об этом написал заявление в горисполком и обращался в еврейское общество. В горисполкоме о его заявлении забыли, а евреи отнеслись с определенной долей скептицизма.
Тем не менее, он, дескать, уже выявил несколько подземных ходов в центре города, и даже знает их направление, то есть куда и в какую сторону они тянутся.
В Кременчуге имелась своя гениза. О Кременчугской генизе вспоминали, в середине 80-х, пожилые кременчугские евреи, собиравшиеся на молитвы в квартире старого портного — Аврума Циперштейна. В генизе, по рассказам евреев-старожилов, хранились поистине уникальные свитки, книги, парохеты, вышедшая из обращения серебряная и позолоченная синагогальная утварь.
На этой фотографии (ок. 1917 г.) — письмоводитель Кременчугского казённого раввина А.Фрейденберга Н.А.Кветный со своими детьми. © Док. предост. родственниками Н.А.Кветного. © «Jewish Kremenchug»;
Однажды двое молодых людей, не назвавшие имен, принесли и показали нам книгу «Менорат га-Маор», изданную в Вильно в 1861 году. Они поведали, что книга эта, прекрасно сохранившаяся — из Кременчугской генизы, которая была разграблена в самом начале Великой Отечественной войны. Не пожелав более ничего сообщать, и не рассказав, как столь уникальная книга попала к ним, молодые люди удалились, позволив нам, однако, сделать фото. Приобрести же «Га-Маор» нам не представилось возможным, так как затребовали за нее огромных денег. Дальнейшая судьба книги неизвестна, наверняка попала она на чёрный букинистический рынок.
Ко всему следует добавить, что на территории Кременчуга практически никогда не производились серьезные  и полномасштабные археологические исследования.
«Менорат га-Маор» из разграбленной Кременчугской генизы;
О «еврейском» Кременчуге можно говорить часами.
Передо мной старые, дореволюционные фотокарточки. Повидавшие виды снимки, порой слишком ветхие и поврежденные неимоверно, они являются немыми свидетелями истории, целой эпохи, запечатленной в одном кадре. Отразившийся момент бытия, рассматриваемый и осмысливаемый теперь  далекими потомками.  Фотография – целая жизнь.
Разглядываю снимки. Поздний вечер. Огонь свечи качает пространство мира. Кем были люди, запечатленные на старых карточках? Когда жили? Чем занимались? Где находились эти здания, дома уникальной постройки?
Под пальцами пожелтевший от времени глянец становится теплее, и кажется, будто прошлое возвращается, сдувая пылинки лет, возвращая из забытья чьи-то судьбы, чьи-то жизни.
Мой Кременчуг, говоривший на идиш…
(продолжение следует)

Посмотреть также...

Израильский герой погибает, спасая незнакомку. Пять рассуждений в поисках морали

09/23/2018   15:21:44 Лайел Лейбовиц  Материал любезно предоставлен Tablet 16 сентября Ари Фульд ходил по магазинам в торговом …

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: