Главная / "Ришон ЛеЦион" / Бунтовщица против диктатуры
Анжелика Балабанова и Давид Бен-Гурион, 1962. Фото: Wikipedia / GPO

Бунтовщица против диктатуры

11/06/2019  09:50:57

Она так и не познала вкуса победы. Ее мечта осчастливить все человечество не сбылась. Теперь, когда она побывала в земном Иерусалиме, оставалось уповать только на Иерусалим небесный

Бина СМЕХОВА, Алекс РЕЗНИКОВ

Из цикла «Иерусалимские профили»

 

Митинг в Лозанне по случаю очередной годовщины Парижской коммуны был в самом разгаре, когда главный оратор — видная деятельница Итальянской социалистической партии Анжелика Балабанова (1877-1965) обратила внимание на неряшливо одетого парня, стоявшего недалеко от трибуны и буквально смотревшего в рот выступающим. Позже она вспоминала: «Он выделялся среди других рабочих резкой жестикуляцией и неопрятностью. Эмигранты всегда бедно одевались, а этот был еще и невыносимо грязный. Я никогда не видела более несчастного существа. Несмотря на мужественный подбородок, он производил впечатление крайне застенчивого человека. Даже слушая докладчика, он нервозно мял большую черную шляпу и, казалось, больше прислушивался к тому, что творится у него в душе, чем к моим словам»

Эти строки писались много лет спустя после разрыва между двумя временными союзниками и… любовниками. Старые обиды давали себя знать. Скорее всего, в своих мемуарах Балабанова была необъективна к человеку, который невольно вписал ее имя в историю революций XX века. Трудно поверить, что «невыносимо грязный» юноша не только обратил на себя внимание профессиональной революционерки, но и вызвал у нее желание стать наставницей, как тогда представлялось, многообещающего социалистического лидера.

Анжелика Балабанова на Втором конгрессе Коминтерна (1920). Портрет работы И. Бродского

Не последнюю роль здесь, видимо, сыграло и отношение Бенито Муссолини (а именно он и был тем самым «невыносимо грязным» юношей) к евреям. Свою политическую карьеру он начал с антиклерикальной пропаганды, называя католических священников «гонителями евреев». Его первой женой была еврейка, да и любовниц «сомнительного» происхождения хватало.

Однако Балабанова, которая была старше Бенито на шесть лет, годилась не столько для постели, сколько для дела. Как свидетельствовал один из современников, она навела на Муссолини светский лоск, научила вести себя в обществе. С ней будущий дуче впервые стал понимать, что одного лишь магнетического взгляда, умения зажигать толпу и вызывающего радикализма недостаточно, чтобы совершить восхождение к вершинам власти. Надо завоевать симпатии «салонных» революционеров, у которых есть деньги и связи.

* * *

Балабанова родилась в украинском городе Чернигове в доме богатого купца и землевладельца из 21 комнат и множества подсобных помещений. В ассимилированной еврейской семье говорили только по-немецки и по-французски. Младшая из девяти детей, Анжелика росла в атмосфере роскоши, показной благотворительности — и материнской тирании, рано пробудившей в ней бунтарский дух. Ее не пускали в обычную школу (чтобы не набралась дурных манер), а отдали на попечение гувернанткам, от которых она, кстати, выучилась. русскому языку.

Анжелике было 19, когда она, наконец, вырвалась из затхлой атмосферы отчего дома и направилась в Брюссель, где поступила в Новый университет, считавшийся тогда самым прогрессивным в Европе. Любопытно, что до последних дней своей жизни она жила так, как в Брюсселе: «Убогая маленькая комната без отопления, а из мебели кровать, стол и два шатких стула». Даже достигнув высокого престижа и социального статуса, она продолжала вести себя, как простая работница-социалистка, которой для каждодневного существования нужны полочка с книгами, примус, чтобы вскипятить воду для чая, чайник для заварки и баночка с вареньем подсластить все тот же чай. Украшением комнаты были фотографии почитаемых ею людей, выставленные на тумбочке у постели.

Увлекшись социалистическими идеями, Балабанова вступает в Союз русских социал-демократов за границей, а позже — в Итальянскую социалистическую партию, занимается пропагандистской и лекторской работой среди итальянских эмигрантов в Швейцарии. К периоду, предшествующему Первой мировой войне, и относится ее знакомство с Муссолини.

«Маленькая, истеричная горбунья, «товарищ» Балабанова обладала блестящим умом и была просто помешана на трудах К.Маркса. Она даже не пыталась аргументировать свои убеждения, только хлестала противника цитатами из Учителя. Кстати, она преотлично ругалась на разных языках. Свои выступления заканчивала с таким жаром, какой присущ лишь слепой вере и так же заразителен, как скарлатина», — так писала о своей сопернице другая любовница Муссолини, тоже еврейка по национальности, Маргарита Царфати.

* * *

В 1912 году очередной съезд Итальянской социалистической партии превращается в триумф Муссолини. Нет, совсем не зря прошли годы «учебы» у русской революционерки. Ее старательного ученика избирают в новое партийное руководство из двенадцати человек, включая саму Балабанову, которая ради такой оказии вернулась из Швейцарии. Восходящей политической звезде предлагают место главного редактора партийного органа «Аванти». Он соглашается, но при одном условии: «товарищ» Балабанова будет назначена соредактором. Условие принято, и Муссолини переезжает в Милан, где находится редакция «Аванти», а вслед за ним — Балабанова.

Муссолини после ареста швейцарской полицией в Берне в 1903 году

Как и предполагалось, «лицо» издания отныне определяла «уродица с чудесной славянской натурой», как издевательски характеризовала ее Царфати. Выработка редакционной политики, организация статей и интервью, написание памфлетов, даже верстка газеты в типографии — всем приходилось заниматься исключительно Балабановой. Она фактически обеспечила победу Муссолини в 1913 году на выборах в парламент. Но когда ее бывший протеже сделал попытку записать эту победу на собственный счет, Балабанова решительно заявила об отставке и разрыве с Муссолини всех отношений — редакционных, идеологических и личных. Ее место в редакции и, соответственно, в постели будущего дуче заняла бывшая соперница Маргарита Царфати, но харизмы Балабановой у нее и близко не было, поэтому отношения между любовниками вскоре зашли в тупик.

Анжелика же тем временем с головой погружается в подготовку русской революции. В ходе Первой мировой войны она сблизилась с большевиками на почве совместного участия в Циммервальдском антивоенном социалистическом движении. На 1-й Циммервальдской конференции (в 1915 году) ее единогласно избирают главой Международной социалистической комиссии, хотя большевистские депутаты втайне недовольны результатами голосования: за марксистскими идеалами Балабанова не видит суровой реальности.

Когда в России происходит Февральская революция 1917 года, Балабанова возвращается на бывшую родину, вступает в большевистскую партию и принимает активное участие в подготовке Октябрьского переворота, тесно сотрудничая с Лениным и Троцким.

* * *

Чем крепче берет узды правления в стране советская власть, тем больше сомнений в правильности избранного большевиками пути охватывают Балабанову. Она сталкивается с высокомерными предубеждениями высших партийных функционеров к заграничным делегатам двух первых конгрессов Коминтерна, а также неприкрытым террором советского режима против социалистов-оппозиционеров (эсеров и меньшевиков).

В 1920 году Балабанова осудила некоторые ошибки, допущенные, по ее мнению, революционными вождями. Свое недовольство она высказала непосредственно Ленину. И тут же ЦК вынес решение направить Балабанову на лечение в санаторий. «Но я не настолько больна или стара, чтобы уйти в отставку», — сказала она открытым текстом секретарю ЦК РКП(б) Н.Крестинскому.

Поняв, что таким образом отстранить Балабанову от активной политической деятельности не удастся, было решено направить ее во главе агитпоезда в далекий Туркестан. Но и этот маневр Балабанова сразу раскусила.

В 1922-м, изгнанная из секретариата Коминтерна, она навсегда покинула Россию. А два года спустя получила уведомление о том, что исключена из большевистской партии. Лидер итальянских коммунистов Антонио Грамши, посетивший Балабанову в середине 1920-х годов в Париже, писал товарищу об этой встрече: «С ней невозможно говорить. Тотчас же впадает в истерику». Он и не догадывался, что совсем скоро по приказу из Москвы будет отдан своими же товарищами на заклание муссолиниевской полиции и умрет в тюремных застенках.

* * *

В 1957 году, когда были еще живы многие участники революции, знавшие большевистских вождей не понаслышке, в Вене проходил Конгресс Социалистического Интернационала. В нем принимала участие и Балабанова. Журналисты поинтересовались ее мнением о личности Ленина и получили такой ответ:

— Владимир Ильич был сторонником принципа «цель оправдывает средства». Поэтому он позволял и даже хотел, чтобы применяли ложь, клевету, а впоследствии и насилие по отношению к тем, кто не соглашался с ним.

С трибуны конгресса она взывала к своим бывшим соотечественникам:

— Вы не должны разрешать, чтобы во имя русского народа над другими народами творилось насилие, как теперь во всех странах, которые переносят иго советского большевизма!

Покинув Россию — она называла ее «пародией» на народное государство, — Балабанова продолжала оставаться в строю в качестве видного деятеля Социалистического Интернационала. Годы Второй мировой войны она провела в США. Потом вернулась в Италию, возобновила членство в социалистической партии и бескомпромиссно выступала против сближения ее с коммунистами.

* * *

В 1960 году Анжелика Балабанова по специальному приглашению Рахели Янаит, супруги тогдашнего президента Израиля Ицхака Бен-Цви, в качестве почетного гостя приезжает в Иерусалим. Ее принимают с большими почестями не только первые люди государства, но и партийные и общественные деятели, среди которых немало сочувствующих социалистическим идеям. Многие уверены, что именно по такому пути пойдет Израиль.

Балабанова чувствует себя в центре всеобщего внимания. Она охотно дает интервью, выступает перед разными аудиториями, ратует за построение первого по-настоящему социалистического образования на Ближнем Востоке.

Один из журналистов спрашивает, как она, еврейка, чувствует себя в еврейской стране среди своих единоверцев. Балабанова какое-то мгновение недоуменно смотрит на него, потом произносит, как хорошо выученный урок:

— У социалиста нет и не может быть национальности. Социализм интернационален. Мы бунтуем против любой диктатуры, в том числе, диктатуры веры.

* * *

…Она уйдет из жизни через пять лет в Риме. Вечером будет лежать одна в тесной комнатенке без отопления, опираясь рукой на шаткий стул, рассматривать близорукими глазами поредевший ряд фотографий на тумбочке у скромной постели, угадывать вдалеке, на столе, простой чайник для заварки и баночку с любимым клубничным вареньем, а совсем далеко, на застекленной полке, даже не видеть, а ощущать корешки читанных-перечитанных книг: Маркс, Энгельс, Плеханов, Грамши…

Когда-то в далекой юности было написано стихотворение:

Не спрашивай, откуда

Я пришла.

У меня нет дома

Я там, где

Человек протягивает свою руку в отчаянии

Я там, где

Страдания и страх

Где мои братья прячут лицо

От стыда и позора

Где голод

Сильнее

Гордости

Великая бунтарка против диктатуры, Анжелика Балабанова так и не познала вкуса победы. Ее мечта осчастливить все человечество не сбылась. Теперь, когда она побывала в земном Иерусалиме, оставалось уповать на Иерусалим небесный.

«Силуэт» (приложение к израильской газете «Новости недели»)

http://www.isrageo.com/2019/11/05/balabanoffbengurion/

Посмотреть также...

«Настоящий полковник», блин!

12/15/2019  12:28:43 Михаил Свойский "Настоящий полковник", блин! Geplaatst door Mihael Svoisky op Woensdag 11 december …

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *