ТАК НАЧИНАЛАСЬ ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА.

01/03/2020  22:26:48

БОРИС БРИН     

                                                                                                                        Мир существует, чтобы быть завоёванным.      .                                                                    .                                                                        Уинстон Черчилль.                                                                                                                   .                 

 Германию нужно пригласить помочь нам в  освобождении

России и восстановлении Восточной Европы…

Без Германии в Европе ничего нельзя 

сделать, а с её помощью всё окажется легким.

                                                                                                                                        Уинстон    Черчилль.                                                                                                                   

                Своё детище, воссозданное на Версальской мирной конференции, Польшу Черчилль не случайно назвал «гиеной». С начала своего существования, будучи под покровительством Англии, она конфликтовала с соседними странами: Германией, Чехословакией, Литвой и Советской Россией. Используя их тогда тяжёлое внутреннее положение, Польша сумела оторвать себе солидные куски соседских территорий. «В Польше… никто никогда ясно не представлял себе всю опасность положения, в котором оказалась страна в результате удовлетворения несправедливых территориальных претензий по отношению к своим соседям — России и Германии. Польша насчитывала только 35 миллионов жителей, из которых опять-таки было только 22 миллиона поляков, в то время как остальная часть принадлежала к немецкому, украинскому, белорусскому и еврейскому меньшинству, подвергавшемуся без всякого исключения в той или иной степени угнетению. Наряду с этим Польша, полагавшаяся на союз с Францией в годы военной слабости Германии, видимо слишком долго предавалась мечтам о возможности наступления на Германию… Интересным в этой связи является секретное сообщение, которое мы получили незадолго до начала войны, о том, что поляки якобы собираются предпринятъ наступление. Оно поступило из источника, который считался до тех пор весьма надежным, от лица, находившегося в непосредственном окружении президента Польши, маршала Рыдз-Смиглы, главнокомандующего польской армией. В сообщении говорилось, что поляки собираются начать наступление, развернув крупные силы в Познанской провинции. Самым примечательным, однако, было то, что эти планы, как сообщалось, якобы были разработаны по предложению или требованию Великобритании! В сложившейся тогда обстановке это известие показалось нам весьма неправдоподобным. Правда, позже мы получили подтверждение, что поляки действительно сосредоточили сравнительно крупные силы в Познанской провинции, хотя удар немецкой армии на Познань был бы для них наименее опасным» (Manstein Erich. Verlorene Siege. -Bonn: Athenäum. 1955).

Планируя в роли поджигателя новой войны в Европе Польшу, Черчилль, до встречи с Гитлером, готовил нападение Польши на Германию.. Подготовка сопровождалась соответствующей пропагандной шумихой. «В 1930 году газета Mosarstwowiecz писала: «Мы знаем, что война между Польшей и Германией не может быть предотвращена. Мы должны систематически и энергично готовиться к этой войне. Нынешнее поколение увидит, что новая победа в Грюнвальдской (Грюнва́льдская битва — сражение 15 июля 1410 года, в котором армия Королевства Польского и Великого княжества Литовского одержала решающую победу над войском Тевтонского ордена, — прим. авт.) будет записана на страницы истории. Но на этом Грюнвальде мы будем сражаться в пригороде Берлина. Наш идеал округлить границы Польши вдоль по Одеру на западе и Нейсе в Лаусатии и включить в свой состав Пруссию, от Прегелема к Шпрее. В этой войне пленных не будет, не будет места для гуманитарных чувств. Мы будем удивлять весь мир нашей войной с Германией» (Mosarstwowiecz 1930; Ulrich Stern, Die wahren Schuldigen am Zweiten Weltkrieg Ursachen und Anstifter im Licht der neuen Forschung. FZ- Verlag, 1990).  Однако, пришедшие после смерти в 1935 году её руководителя Юзефа Пилсудского, к власти лидеры оказались безинициативными, нерешительными и были малопопулярны. На этот случай Черчилль в качестве поджигателя новой войны готовил одновременно к этой роли Германию.

Гитлер, который стал канцлером Германии спустя три месяца после визита Черчилля в Мюнхен — 30 января 1933 года, был надежнее и тот рещил использовать его в своих планах новой войны. В ноябре 1932 года имеющие связь с Англией крупнейшие банкиры и промышленники Германии направили президенту Гинденбургу письмо с требованием назначить Гитлера рейхсканцлером. Используя полномочия которые давала президенту Конституция Веймарской республики, Гинденбург назначил Гитлера главой правительства не по результатам парламентских выборов, а своим решением. Черчилль, чтобы поднять авторитет Гитлера в Англии и в мире, посвятил ему статью «Правда о Гитлере» (Churchill W. The Truth About Hitler. The Strand Magazine, November 1935). Название и автор статьи были указаны жирным шрифтом желтыми буквами на фоне красного знамени поперек передней обложки. Статья располагалась на страницах 10 -21 и включала 24 иллюстрации фотографий. Спустя семь лет, точно так же, никем не избранный Черчилль станет главой правительства Англии.

После мюнхенского визита, по его инициативе, в декабре 1932 года на совещании пяти держав: Англии, Франции, Италии, США и Германии в Женеве, Германию фактически освободили от соблюдения Версальского договора. Ей предоставили «право равенства <на вооружение> в системе, которая обеспечит безопасность всех наций». ТАК НАЧАЛАСЬ ПОДГОТОВКА ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ.

За этим последовали прошедшие в феврале 1935 года в Лондоне англо-германские переговоры по вопросу о перевооружении немецкой армии. 15 июля 1933 года в Риме был подписан «Пакт четырех»: Англии, Франции, Германии и Италии о сотрудничестве, ревизии Версальского мирного договора и признании за Германией равенства прав в вооружении. «Раса должна бороться: если она бездействует, она покрывается ржавчиной и погибает. Если бы германская раса была своевременно объединена, она уже теперь была бы повелительницей всего земного шара. Новый рейх должен объединить все до тех пор распыленные германские элементы Европы. Раса, потерпевшая поражение, может быть спасена, если она восстановит веру в свои силы. Прежде всего надлежит научить армию верить в свою непобедимость. Чтобы восстановить германскую нацию, необходимо убедить народ в том, что вернуть себе свободу силой оружия вполне возможно» (Churchill W.S. The Second World War. — London-Toronto, Cassell and Co Ltd., 1950.Volume 1 Chapter IV). «Если германское правительство демонстративно отвергло какие бы то ни было гарантии безопасности и бешено вооружается, чтобы навязать Европе новую войну, то оно осмелилось на этот шаг только благодаря позиции британского империализма… Английский империализм всеми силами мешает согласованным действиям тех, для кого вооружения фашистской Германии являются непосредственной опасностью» (газета «Правда» 20 марта 1935).

От Гитлера в Англии потребовали активных действий, гарантируя ему успех. «Рейнланд – германская территория. Германия должна иметь суверенные права делать всё, что хочет, на своей территории. Отказ Германии в её законных требованиях может стать фатальной ошибкой для Европы», — заявила английская газета «Обсервер» 1 марта 1936 года. С военной точки зрения это было самоубийством. «Геринг был явно испуган решением канцлера о ремилитаризации Рейнской области, и он не скрывал, что оно было принято вопреки советам рейхсвера. У меня было несколько бесед с ним тогда. Я нашел его в крайне возбужденном состоянии, и это было как раз во время конференции в Лондоне. Он открыто дал мне понять, что Гитлер принял этот чрезвычайно рискованный шаг по собственному решению, в противоречии совету своих генералов. Геринг зашел так далеко в своем заявлении, что сказал, что, если Франция вступит в войну с Германией, Рейх будет защищать себя до последнего человека, но если Польша присоединится к Франции, то ситуация в Германии будет иметь катастрофические последствия», — сообщил посол Польши в Германии Юзеф Липский (Zach Shore. Hitler, Intelligence and the Decision to Remilitarize the Rhine. Journal of Contemporary History. Vol. 34, № 1, January 1999. Sage Publications, Ltd). 7 марта 1936 года Гитлер, с тайной санкции Черчилля, ввёл войска в Рейнскую зону. Французский генерал Морис Гош предвидел это событие, разгром немецких войск привёл бы к падению нацистского режима. «Для Франции это был жизненно важный вопрос. Но она, по-видимому, не могла действовать без согласия Англии… Во всяком случае, в своем намерении оказать сопротивление германской агрессии они не встретили поощрения со стороны англичан. Наоборот, если они колебались предпринять действия, то их английские союзники не колеблясь стали отговаривать их. Всё воскресенье происходили взволнованные телефонные переговоры между Лондоном и Парижем. Правительство его величества советовало французам подождать, с тем чтобы обе страны могли предпринять совместные действия после всестороннего рассмотрения вопроса» (Churchill W.S. The Second World War. Vol. I. Boston, 1948, p.137). Англия, затягивая время, водила Францию за нос и не позволяла дать отпор германским войскам. На допросе французскими офицерами после окончания Второй мировой войны генерал Гудериан сказал: «Если бы вы, французы, вмешались в Рейнской области в 1936, мы бы проиграли все, и падение Гитлера было бы неизбежным» (J. R. Tournoux, Petain et de Gaulle. Paris: Plon, 1964, p. 159). «48 часов после марша в Рейнскую область были самыми изматывающими в моей жизни. Если бы французы вошли в Рейнскую область, нам пришлось бы ретироваться с поджатыми хвостами. Военные ресурсы, находившиеся в нашем распоряжении, были неадекватны даже для оказания умеренного сопротивления» — заявил по этому поводу Гитлер (Alan Bullock, Hitler: A Study in Tyranny. London: Odhams, 1952, p. 135). ТАК БЫЛА НАЧАТА ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА. Черчилль в своей статье «Britain, Germany and Locarno» (The Evening Standard, 13 march 1936), выразил удовлетворение решением французского правительства. Чтобы скрыть свою роль, англичане эту дату предали забвению.

На право проведения летних Олимпийских игр в 1936 году к моменту решающего выбора осталось двое: столица Германии Берлин и второй по величине город Испании, столица Каталонии Барселона. Гитлеру, для поднятия международного престижа было необходимо проведение летних Олимпийских игр 1936 года в Германии. Но, состоявшаяся в Париже в июне 1936 года, Международная конференция заявила о несовместимости олимпийских принципов с проведением Игр в тоталитарном расистском государстве. Чтобы Берлин остался столицей Олимпиады необходимо было срочно вывести Барселону из игры. Утром 11 июля 1936 года, из лондонского аэропорта Кройдон, вылетел самолет dH89 Dragon Rapide (G-ACYR), который пилотировал капитан Чарльз Уильям Генри «Сесил» Бебб. Целью полёта было забрать генерала Франко из Канарских островов, где он, будучи назначенный их губернатором, находился в своеобразной «ссылке» и доставить в Испанское Марокко, где он должен был возглавить восстание испанских войск в Африке. Разразилась Гражданская война в Испании, 19 июля в Барселоне начались бои и она перестала быть конкурентом Берлина.

В ноябре 1937 года лорд Галифакс дал «добро» на присоединение Германией Австрии. 12 марта 1938 года, во время прощального обеда в честь Риббентропа в резиденции Чемберлена, на котором присутствовал Черчилль с женой, было получено сообщение, что немецкие войска перешли границу Австрии. Противник аншлюса канцлер Дольфус был убит и тщательно подготовленная операция свершилась без единого выстрела. 13 марта 1938 года вступил в действие закон «О воссоединении Австрии с Германской империей». Спустя 12 дней Черчилль в Палате общин выступил по этому поводу: «Оглянитесь на последние пять лет, Германия начала перевооружаться всерьёз и открыто, чтобы отомстить. …историки тысячу лет будут по-прежнему озадачены тайной наших дел. Они никогда не поймут, как это случилось, что победоносная нация, во всеоружии, пострадала и сама была унижена. Всё, что получили от безмерной жертвы и абсолютной победы – унесено ветром! Теперь победители будут побеждённые… Это положение — это страшная трансформация, которая состоялась по крупицам» (Churchill’s speech. March 24, 1938. House of Commons). ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА УЖЕ ГРОХОТАЛА, НО ЕВРОПА, ЗАШОРЕННАЯ АНГЛИЕЙ, ЭТОГО СТАРАЛАСЬ НЕ ЗАМЕЧАТЬ.

Военный потенциал Германии уступал его европейским соседям и не позволял предпринять против них каких-либо серьёзных шагов. Единственной возможностью усилить его являлось присоединение к Германии, обладающей огромным, превосходящим даже английский, военно-техническим промышленным потенциалом, Чехословакии. Ни о каком союзе этих стран не могло быть даже речи, поэтому акцию против Чехословакии начали готовить загодя, начав с убийства мэра Чикаго чеха Антонина Чермака, чтобы избежать вмешательства США. Далее события развивались стремительно. Массовая английская ежедневная газета «Daily Mail» в своей передовой статье раскритиковала Чехословакию как отвратительное государство, населённое  расистами, чьё безобразное отношение к германоязычным жителям Судет Британия далее терпеть не в силах (The Daily Mail, Friday, May 6, 1938, Page 1). Все «свободные» и «независимые» английские газеты ухватились за эту тему, уделяя подобным статьям первые листы. 9 мая лидер судетских немцев Конрад Генлейн прилетел в Лондон и после тайной встречи с Черчиллем отправился в Германию. В тот же день Черчилль выступил в Манчестере: «Нет никаких оснований к тому, чтобы мы не могли жить в дружбе с Германией. Наш долг велит нам попытаться этого достигнуть, как бы мало нам ни нравился её государственный строй и как бы глубоко мы не возмущались её жестокими расовыми и религиозными гонениями». В этом выступлении Черчилль, проговорился: «На востоке Европы находится великая держава Россия… которой глубочайшим образом угрожает нацистская враждебность» (Churchill at Manchester, May 9, 1938, The Times, May 10, 1938). Между СССР и Германией в то время находилась Польша и Германия никак не могла угрожать Советскому Союзу. По-видимому судьба Польши уже тогда была Англией решена.

«Есть потрясающее письмо Черчилля немецкому военачальнику Эвальду фон Клейсту, датированное сентябрем 1938 года… Немецкие генералы были не в курсе, что западные верхушки собираются сдать Чехословакию Гитлеру, и полагали, что всё всерьёз, что Гитлер будет воевать с Чехословакией, а чехословацкая армия на тот момент насчитывала один миллион человек и, как минимум, была не слабее немецкой. Наступать немцам к тому же пришлось бы в гористой местности. В общем, немецкие генералы посчитали, что эта война будет сродни самоубийству, решили устроить заговор и арестовать Гитлера, когда тот в середине сентября приедет из Берхтесгадена в Берлин. И допустили ошибку — поставили в известность о своих планах британцев, полагая, что они заинтересованы в таком исходе событий. …Чемберлен полетел в Берхтесгаден к Гитлеру на переговоры, чтобы удержать последнего от возвращения в Берлин. А Черчилль отправил письмо фон Клейсту. У нас обычно говорят, что Чемберлен и Черчилль имели диаметрально противоположное мнение о Германии той поры, первый выступал в роли «умиротворителя», а второй — резкого противника. На деле же, две группы в британском истеблишменте вели борьбу друг с другом, а в отношении Германии они были едины. И просто разыгрывали перед Гитлером спектакль… Что написал Черчилль фон Клейсту? Если Гитлер и германские войска перейдут границу Чехословакии, даже просто перелетит немецкая авиация, это будет означать возвращение к мировой войне, которая закончилась в 1918 году. В этой ситуации следует учитывать не то, что может произойти в течение первых нескольких месяцев, а то, что, возможно, произойдёт в конце третьего или четвёртого её года. Черчилль фактически дал понять немецкому генералитету, что он ничего не должен предпринимать против Гитлера. Что означает фраза о трёх-четырёх годах? Военная кампания в Чехословакии заняла бы несколько месяцев. Черчилль прекрасно понимал, что начинается мировая война» (Knightley Ph., The Second Oldest Profession: Spies and Spying in the Twentieth Century. -London. 1987).

Одновременно предъявили Чехословакии требования на районы населенные польским и венгерским меньшинствами, правительства Польши и Венгрии. 1 октября Чехословакия приняла ультиматум Польши об отделении района Тешена, расположенного на севере центральной части Чехословакии. Польский министр иностранных дел Юзеф Бек отклонил предложение СССР о заключении пакта о взаимопомощи. 23 сентября СССР предупредил Польшу, что, если её войска пересекут границу Чехословакии, он без предупреждения аннулирует пакт о ненападении с Польской республикой (газета «Известия» от 26 сентября 1938). Чехословакия «хотя была государством средних размеров, но имела армию в два раза большую, чем английская, и военные запасы в три раза больше, чем у Италии», — отмечал Черчилль. Расположенные на границе в Судетской области мощные укрепления: крепости, сотни дотов и тысячи дзотов были германской армии не по зубам. «С чисто военной точки зрения мы были недостаточно сильны, чтобы предпринять наступление, связанное с прорывом пограничных укреплений. У нас не было технических средств для такого наступления», — утверждал немецкий генерал Кейтель. Утратив после мюнхенского сговора без единого выстрела свой главный оборонительный рубеж, Чехословакия оказалась беззащитной. Чтобы парализовать возможную попытку сопротивления их диктату, англичане заморозили все активы Чехословакии. После её оккупации английский банк передал, для использования Германией, «центробанку для центробанков» – базельскому Банку международных расчетов со счета Национального банка Чехословакии на счёт Рейхсбанка чехословацкие ценности на сумму 5,6 миллионов фунтов стерлингов. Более 2 тыс. слитков чешского золота находились в хранилищах Банка Англии в Лондоне. (Bank of England helped the Nazis to sell plundered gold. The Telegraph, 30 Jul 2013). Кражу чехословацкого золота и передачу его Гитлеру, Черчилль упорно отрицал. «Очевидно, в настоящее время мы не имеем возможности хоть чем-то помочь пострадавшей стороне, за исключением той финансовой поддержки, которую, как все знают, наше правительство, к счастью, смогло оперативно ей предоставить» (Winston Churchill’s October 5th, 1938, Speech to the House of Commons). Он врал постоянно, считая, чем чудовищнее ложь, тем легче за ней спрятать истину. Не всё тайное становится явным, однако в 2013 году Банк Англии признал передачу нацистской Германии хранившегося в нём чехословацкого золота. (How Bank of England «helped Nazis sell gold stolen from Czechs». The Guardian, 30 Jul 2013). Банк опубликовал соответствующие документы, где приводится информация и о других операциях, совершавшихся англичанами с чехословацким золотом. В частности, часть этого золота они реализовали и выручили для Германии 440 тысяч фунтов стерлингов. С 1 по 10 октября 1938 года в соответствии с Мюнхенским соглашением Судеты аннексировала Германия. В марте 1939 года Словакия передала Венгрии южные и восточные районы страны, на 87 % населённые этническими венграми. Польша, став союзником Германии, одновременно с немецкими войсками вступила в Чехословакию. Она ввела свою армию в Тешинскую область, аннулировав этим пакт о ненападении с СССР. 15 марта 1939 года Гитлер объявил Богемию и Моравию протекторатом Германии. «Бесспорно, что из–за падения Чехословакии мы потеряли силы, равные примерно 35 дивизиям. Кроме того, в руки противника попали заводы «Шкода» – второй по значению арсенал Центральной Европы, который в период с августа 1938 по сентябрь 1939 г. выпустил почти столько же продукции, сколько выпустили все английские военные заводы за то же время» – отметил в мемуарах Черчилль. В руки нацистов попали огромные трофеи – 1582 самолета, 2676 артиллерийских орудий, 469 танков, 43000 пулеметов, 1 миллион винтовок, гигантские запасы боеприпасов и различного военного снаряжения.  ТАКИМ ОБРАЗОМ АНГЛИЯ ЗАВЕРШИЛА СНАРЯЖЕНИЕ ГИТЛЕРОВСКОЙ АРМИИ ДЛЯ ПОБЕДОНОСНОГО ПОХОДА ПО ЕВРОПЕ. «Воевавший на чешских танках, подполковник Гельмут Ритген признавал, что «без чешской военной промышленности и чешских танков у нас не было бы четырех танковых дивизий, что сделало бы невозможным нападение на Советский Союз» (George Forty. German Tanks of World War Two. Orion, 1999).

Повинуясь воле Англии, Варшава отказалась возвратить Германии, отделённый от неё после 1918 года, город Данциг с 95% немецким населением и разрешить постройку дорог связывающих с Германией Восточную Пруссию (Sprawa polska na arenie międzynarodowej w czasie drugiej wojny światowej. Zbiór dokumentów. Warszawa, 1965. S. 24-27). Расчитывая на обещанный Черчиллем удар по Германии с запада, 23 марта 1939 года Польша начала мобилизацию. Имея более 700 танков, более 800 самолетов и будучи уверенной, что главные силы Германии будут задействованы против Франции и Англии, поляки начали формировать «Краков», «Лодзь», «Модлин»,  «Познань», «Поможе» и другие армии и группы, поставив под ружьё более 1,5 млн. человек.

В ответ на это, 28 марта Германия разорвала, заключённый в январе 1934 года, Пакт о ненападении с Польшей. «3 апреля 1939 г. верховное командование германских вооружённых сил (ОКВ) издало директиву «О единой подготовке вооруженных сил к войне»… Задача вооружённых сил Германии заключается в том, чтобы уничтожить польские вооружённые силы. Для этого необходимо стремиться и готовиться к внезапному нападению… Планирование военных приготовлений должно проводиться с таким расчётом, чтобы осуществление операции было возможно в любое время начиная с 1 сентября 1939 г.» (Tippelskirch K., Geschichte des Zweiten Weltkrieges. -Bonn, 1954). Обещая поддержку, защиту и советуя польским лидерам не уступать германским требованиям, Англия преднамеренно делала войну неминуемой. 28 июня 1939 года выступая в Лондоне перед the City Carlton Club, Черчилль заявил: «Я очень озабочен положением, в котором мы в настоящее время находимся. Всё говорит о том, что нацисты сделали необходимые приготовления для того, чтобы принудить Польшу к уступкам. Если Польша не уступит, она будет атакована крупными силами с запада и юга…» (Churchill W.S. Three Months of Tension, speech to the City Carlton Club, London, June 28, 1939).

Английские газеты опубликовали сообщения о военных приготовлениях в Германии и Италии, больших воздушных и военно-морских маневрах. «Гитлер объявил, что он руководил обычными в мирное время маневрами» (The Daily Telegraph on August 15, 1939). Черчилль заявил, что «оптимистические прогнозы были доказаны неправильно» (The Daily Telegraph on August 18, 1939)…

2 августа Чемберлен объявил в парламенте о направлении в Москву английской военной миссии. К английской миссии присоединилась французская. 2 августа в Москве начались англо-франко-советские переговоры. «Военные переговоры в Москве развиваются быстро и хорошо. В ближайшие дни будут сделаны последние шаги к заключению политической части оборонного соглашения» (The Times on August 18, 1939). До последних шагов было далеко. «Я хотел бы, чтобы хоть кто-нибудь дал нам убедительное и честное объяснение, почему, несмотря на невероятно усилившееся напряжение, продолжаются задержки с заключением соглашения с СССР, в руках которого находится ныне ключ к разрешению международной ситуации?», — требовал на страницах «Sunday Express» Ллойд Джордж. Не засвечивая свою роль и саботируя заключение договора Англии и Франции с Советским Союзом, Черчилль, упорно продолжал толкать СССР к союзу с Германией. Политические переговоры англичане прервали, отозвав Стрэнга в Лондон, а военные переговоры не двигались из-за очень ограниченных полномочий  военной делегации Англии. Повинуясь англичанам, поляки отказались пропустить Красную Армию.

«Невозможно установить момент, когда Сталин окончательно отказался от всякого намерения действовать совместно с западными демократиями и решил договориться с Гитлером» (W. Churchill. Second World War, vol. I, p. 326). Гитлер с нетерпением ждал этого: « …Я считаю, что при наличии намерения обоих государств вступить в новые отношения друг с другом, является целесообразным не терять времени. Поэтому я вторично предлагаю Вам принять моего Министра иностранных дел во вторник, 22 августа, но не позднее среды, 23 августа. Министр иностранных дел имеет всеобъемлющие и неограниченные полномочия, чтобы составить и подписать как пакт о ненападении, так и протокол» (Гитлер-Сталину, 20 августа 1939). Ответ последовал сразу же: «…Рейхсканцлеру Германии господину А. Гитлеру. Благодарю за письмо… Советское Правительство поручило мне сообщить Вам, что оно согласно на приезд в Москву г-на Риббентропа 23 августа. И.Сталин» (Год кризиса. 1938-1939. Документы и материалы в двух томах. Составитель МИД СССР. 1990. Документы № № 582, 583). До назначения Риббентропа министром иностранных дел, Гитлер направил его послом в Лондон, где Черчилль имел с Риббентропом приватную беседу, лично прибыв в посольство Германии. «Риббентроп принял меня в просторной комнате верхнего этажа здания германского посольства. Наша беседа продолжалась более двух часов… Я был лишь рядовым членом парламента, но в известной мере видным человеком… Когда победители предали Риббентропа суду, грозя ему смертной казнью, он изложил эту беседу в извращенном виде и требовал, чтобы меня вызвали в качестве свидетеля» (Churchill W.S. The Second World War. Vol.I. -Boston, 1948, p.137).

Отвергая и саботируя все предложения как Гитлера, так и Сталина, Черчилль не оставил им другого выхода, как заключить союз между собой. «Не потому прервались военные переговоры с Англией и Францией, что СССР заключил пакт о ненападении с Германией, наоборот, СССР заключил пакт о ненападении с Германией в результате, между прочим, того обстоятельства, что военные переговоры с Францией и Англией зашли в тупик в силу непреодолимых разногласий» (Ворошилов, глава делегации СССР на переговорах с Англией и Францией).

19 августа в Берлине было подписано советско-германское торговое соглашение, а 21 августа правительства Германии и СССР согласились заключить пакт о взаимном ненападении.  «Тот факт, что такое соглашение оказалось возможным, знаменует всю глубину провала английской и французской политики за несколько лет. В пользу Советов нужно сказать, что Советскому Союзу было жизненно необходимо отодвинуть как можно дальше на запад исходные позиции германской армии с тем, чтобы русские получили время и могли собрать силы со всех концов своей колоссальной империи. В умах русских калёным железом запечатлелись катастрофы, которые потерпели их армии в 1914 году, когда они бросились в наступление на немцев, ещё не закончив мобилизации. А теперь их границы были значительно восточнее, чем во время Первой мировой войны. Им нужно было силой или обманом оккупировать Прибалтийские государства и большую часть Польши, прежде чем на них нападут. Если их политика и была холоднорасчётливой, то она была также в тот момент в высокой степени реалистичной» (Churchill W.S. The Second World War. -London-Toronto, Cassell and Co Ltd., 1950).

Так был заключен этот, ставший притчей во языцех, пакт. Он не был военным союзом против Англии, как его подают английские историки. Начавшаяся позже «Битва за Англию», которая прикрывала сосредоточение войск для удара по СССР, представляла собой бомбардировки Германией определённых (бедных) районов Лондона и других городов многократно преувеличеные пьяной фантазией Черчилля и придуманную им высадку германских войск на английское побережье, которой он пугал своих сограждан. Черчилль знал, что Гитлер атаковать Англию не намерен и поэтому плавсредст для форсирования пролива у немцев нет. Сталин также не планировал войну с Англией, будучи уверенным, что за нее вступится Америка. Пакт между Германией и СССР был союзом двух врагов, последним рукопожатием перед смертельной схваткой тщательно подготавливаемой для них Англией. Каждый из них знал об этом, но пытался выиграть время и лучше подготовиться к неизбежному. Гитлер готовил «Поход на Восток», а Сталин намеревался стать освободителем Европы. Польша находилась между Германией и СССР. Её судьба Англией, которая была заинтересованна в уничтожении последнего барьера между этими странам, была уже давно решена. «Только два государства могут чувствовать себя обязанными помочь Польше. Англия, прежде всего, Франция на буксире… Польша хочет получить от Англии заём для своего вооружения. Но Англия даёт только кредиты, чтобы Польша покупала у неё, хотя сама ей ничего поставить не может. Это говорит за то, что в действительности Англия поддерживать Польшу не намерена» (Rede von Hitler bei einem geheimen Treffen der Kommandanten Wehrmacht in Obersalzberg 22. August 1939).

 1 сентября 1939 года германские войска вторглись в Польшу. Начался заложенный в программе нацистской партии «Mein Kampf» и в течение ряда лет тщательно Англией подготавливаемый «ВЕЛИКИЙ ПОХОД НА ВОСТОК». Поэтому эта дата, а не 7 марта 1936 года, когда Гитлер ввёл войска в Рейнскую зону, не дата ввода немецких войск в Австрию и не дата оккупации Чехословакии, хотя все эти события случились гораздо раньше, была объявлена Черчиллем и с его подачи принята всем миром как НАЧАЛО ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ.                                                                                                                     

«Риск, на который пошло немецкое командование… безусловно, был очень большим. Вследствие неожиданно быстрого окончания польской кампании, причиной которого отчасти были и ошибки побеждённой стороны и прежде всего полное бездействие западных союзников, спокойно следивших за поражением Польши, этот риск никогда не был по заслугам оценен» (Manstein Erich. Verlorene Siege. -Bonn: Athenäum.1955). Гитлер не рисковал, нападение на Польшу было санкционировано Черчиллем, который гарантировал ему не только нейтралитет Ватикана (Польша – католическая страна), но и невмешательство в конфликт Англии и Франции. Это позволило, оголив западные рубежи, перебросить все силы вермахта на польскую границу. К 1 сентября 1939 года Германия сосредоточила там 2586 танков, 2175 самолетов и около 1,6 млн. военнослужащих.

Вторжение было назначено на 26 августа. Черчилль, чтобы снять с себя подозрения и получить повод объявить войну Германии, зная о дате вторжения, накануне 25 августа заключил с Польшей соглашение о военной помощи. Узнав о соглашении, Гитлер отменил вторжение. Фюрер решился на него только после того, как выяснил, что Черчилль не намерен предпринимать военных действий против Германии. «В ночь с 25 на 26 августа наступление было отменено. Почти вышедшие на исходное положение части мы едва успели отвести назад. Очевидно, дипломатические переговоры шли полным ходом. Вспыхнула небольшая искра надежды на сохранение мира. Однако боевым воинским частям ничего хорошего она не принесла. 31 августа последовала новая тревога, на этот раз действительно боевая» (Guderian H. Erinnerungen eines Soldaten. –Heidelberg, 1951. Kapitel IV).

«Французский генерал Вейган предложил перенести оборону за линию Неман — Бобр — Нарев — Висла — Сан. Это предложение с оперативной точки зрения было единственно правильным, так как, оно исключало возможность охвата со стороны Германии и одновременно обеспечивало значительно лучшие возможности для обороны на речных рубежах от немецких танковых соединений. К тому же эта линия простиралась только на 600 км в противоположность большой дуге в 1800 км, которую образовывала польская граница от Сувалок до перевалов через Карпаты. …во всяком случае описанный выше план не дал бы опрокинуть польскую армию в пограничной полосе, что привело к тому, что польское командование не смогло обеспечить ни организованного сопротивления на Висленской дуге, ни отхода армии за рубеж упомянутых выше рек для организации стабильной обороны» (Manstein Erich. Verlorene Siege. -Bonn: Athenäum.1955). Однако, отличившийся в боях против Советской России, маршал Эдвард Рыдз-Смиглы слушал только английских советников. Главные силы, в том числе танковый батальон оснащённый новейшими, закупленными во Франции танками Рено-35, были развёрнуты    западнее Вислы и, едва вступив в бой, получили приказ отступить в Румынию. Танки по вооружению и броневой защите превосходили большинство немецких и румыны использовали их в войне с СССР. Единственная попытка контрнаступления совершённая командующим армией «Познань» бригадным генералом Тадеушем Кутшебой, который удачно атаковал части немецкой группы армий «Юг», была сорвана вмешательством Рыдз-Смиглы. Назначенный 1 сентября 1939 года Верховным Главнокомандующим, Рыдз-Смиглы, предав армию, сбежал в Румынию. Спустя год он вернулся в Варшаву. Немцы его не трогали и он умер от сердечного приступа в декабре 1941 года.         

Чтобы погасить возмущение тем, что Англия не выполняет свои обязательства в отношении Польши, 3 сентября 1939 года Англия, Франция, английская колония Индия и английские доминионы Австралия и Новая Зеландия объявили войну Германии. «Франция и Англия бездействовали в течение тех нескольких недель, когда немецкая военная машина всей своей мощью уничтожала и покоряла Польшу. У Гитлера не было оснований жаловаться на это» (Churchill W.S. The Second World War. Vol.I. Boston, 1948). «Если мы ещё в 1939 году не потерпели поражение, то только потому, что около 110 французских и английских дивизий, стоявших во время нашей войны с Польшей на Западе против 25 немецких дивизий, абсолютно бездействовали» – свидетельствовал генерал А.Йодль на Нюрнбергском процессе.

Видя, что западные страны вступать на защиту Польши не намерены, а германские войска стремительно приближаются к границе СССР, 17 сентября 1939 года Советский Союз, вслед за гитлеровской Германией, как её союзник, согласно секретному приложению к пакту Молотова-Риббентропа, вступил в войну. Его войска пересекли восточную границу Польши. Кое-где немецкие войска успели продвинуться за оговоренную линию размежевания и им пришлось освободить эти территории, передав их советским войскам. Так произошло в Бресте, передачу которого советским войскам в последнее время подают как «Парад Победы». «Нам страшно повредила польская кампания, она избаловала нас. Наша армия не сразу поняла, что война в Польше — это была военная прогулка, а не война», — заявил Иосиф Сталин на совещании высшего командного состава 17 апреля 1940 года.

В мемуарах о Второй мировой войне Черчилль упускает после 3 сентября почти целый месяц, как-будто листы вырвал. «Черчилль, в своих работах по истории Второй мировой войны, заложил основу легенды, которая является не меньше, чем простой пародией исторической правды… Так как версия Черчилля Второй мировой войны и её предыстории остается непоколебимой, то сила его красноречия выходит за пределы могилы» (Aigner, Dietrich. Winston Churchill: Ruhm und Legende. Göttingen, 1974)

                             (из книги: Борис Брин. Черчилль. Чины и деяния, в 2-х кн., книга первая).

 

Посмотреть также...

Состоялась встреча Управляющего Банком Израиля и председателя Гистадрута

04/12/2021  17:10:27Председатель Гистадрута Арнон Бар-Давид и Управляющий Банком Израиля профессор Амир Ярон провели рабочую встречу, …

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *