Еврейский поэт и партизан в Нюрнберге

01/21/2020  16:48:59

Выдающийся еврейский поэт и партизан Авром Суцкевер свидетельствует на Нюрнбергском процессе, февраль 1946 года.

Avrom Sutzkever testifies at the Nuremberg trials (1945-1946) [2 fragments]

Two fragments: Avrom Sutzkever (1913-2010) testifies at the Nuremberg trials (1945-1946). Sutzkever, the great modern Yiddish poet who survived and wrote — poetry and documentary prose about — the Vilna ghetto and later joined the partisans was the only Jewish witness tesifiying about the German atrocities and crimes in Lithuania at the Nuremberg trials. More about him: http://tiny.cc/9jujry, more on Nuremberg trials here: http://tiny.cc/klujry

Posted by Yiddish Cinematheque on Saturday, March 3, 2018

Григорий Рейхман, Ашдод

Кто же он такой, этот 95-летний Авром Суцкевер? По какому праву его называют сегодня живой легендой?..

Автор этих строк открыл для себя Суцкевера на конференции в «Яд ва-Шеме», посвященной 60-летию Нюрнбергского процесса — «Шоа у-мишпат» («Holocaust&Justice»)  в декабре 2006-го, где была показана кинохроника Нюрнбергского процесса. Суцкевер был одним из немногочисленных еврейских свидетелей. «Видеовыдержку» допроса Суцкевера, где он рассказывает, как в августе 1941–го нацисты заставляли евреев, и его в том числе, плясать вокруг костра со свитками Торы, можно сегодня обнаружить на интернет-сайте Вашингтонского Мемориального музея Холокоста. Стенограмму же самого заседания Международного военного трибунала от 27 февраля 1946 года рекомендую прочесть в 5-м томе «Нюрнбергского процесса» (Преступления против человечности), вышедшем в Москве в издательстве «Юридическая литература» (1991).

Две книги А. Суцкевера – 1946 и 2008 г.г.

…Прекрасный еврейский поэт. Партизан. Свидетель на Нюрнбергском процессе. Это имя не раз упоминалось в «Яд ва-Шеме» и на персональной выставки Сэмюэля (Залмана) Бака (более подробно: http://holocf.ru/pages/75), открывшейся до конференции «Holocaust&Justice». Малолетний узник гетто, а ныне известный еврейский художник, С. Бак с теплотой вспоминал (ему было в 1941-м не более 10 лет!), как Суцкевер опекал его и организовал ему первую персональную выставку – и где? В гетто!..

Где еще я мог прочесть о Суцкевере?..У Ильи Эренбурга!..
Замалчивая еврейскую трагедию, цензура СССР не могла изъять из литературы отрывочные, фрагментарные, но — упоминания о ней. Илья Эренбург писал (цит: «Люди, годы, жизнь». Книга VI. Часть 1): «Как-то пришел ко мне еврейский поэт А.Г.Суцкевер. (С ним я познакомился ещё во время войны. Он был в гетто Вильнюса, убежал оттуда, партизанил; его вывезли на «Большую землю»). Он рассказал, что ездил в Нюрнберг, давал показания. Борис Полевой писал в «Правде», что рассказ Суцкевера о трагедии Вильнюсского гетто, где погибла и семья поэта, потряс судей».

В «Нюрнбергских дневниках» Бориса Полевого (М.,1967), знакомых мне с 70-х студенческих, читаю: «… Абрам Суцкевер — житель Вильнюса, поэт с европейским именем. У него лицо великомученика со старой русской иконы. Оно все передергивается. Недавно в Париже у него вышла книга «Виленское гетто». Сейчас она переводится на русский и на английский языки. Об ужасах этой фабрики смерти он и рассказывает суду. Недавнее прошлое как бы стоит у него за спиной. Жертвы, которые он видел, вопиют об отмщении. Голос поэта дрожит, временами он срывается на нервный крик, его шатает, и он хватается за трибуну руками. Он не называет цифр. Он говорит о судьбе своей семьи. О жене, на глазах которой был убит ее ребенок…» Известно, что нацисты под страхом уничтожения всего гетто, запретили еврейским женщинам рожать…

…В сборнике статей, эссе и воспоминаний об Илье Эренбурге «Зов крови» (Тель-Авив, 2007), составленном приемной дочерью Ирины Эренбург Фаиной Палеевой (Фишман) и писателем Л. Финкелем, приведен отрывок из воспоминаний А. Суцкевера о его встречах с Ильей Григорьевичем, чьи «Стихи о войне» он перевел на идиш. Именно Эренбург удержал Суцкевера от покушения на Геринга в Нюрнберге. Подходы Суцкевера и Эренбурга к проблеме «еврейской мести» отличаются. Эренбург видел месть в самом присутствии Суцкевера на процессе над главными нацистскими палачами, но Суцкевер считал «самой большой местью» создание «своего государства в Палестине». Первоисточник — перевод интервью А.Суцкевера редактору израильского ежеквартальника на идиш «Топлпункт» Яакову Бессеру («Еврейский камертон», 16. 08. 2001, перевод с идиш – А. Белоусова). Из этого интервью можно более подробно узнать об отъезде Суцкевера сначала из Москвы в Польшу, а затем — в Израиль, где он стал лауреатом Государственной премии Израиля, почетным тель-авивцем…

Участник подполья Вильнюсского гетто и партизанского движения Авром Суцкевер (его дочь Мира произносит свою фамилию не иначе, как «Суцковер», с ударением на первом слоге — Г.Р.) написал одно из первых подробных воспоминаний о Холокосте на территории СССР еще летом 1944 г., находясь в Москве. В 1946-м воспоминания были изданы на идиш (Суцкевер, Авраам. Виленское гетто. М.: Дер Эмес, 1946. — 256 с. — на идиш) в Москве. Судьбе поэта и партизана еще в годы посвятил очерк в «Правде» Илья Эренбург, стремясь включить эти воспоминания в «Черную книгу». О судьбе «Черной книги» известно немало…

…И вот спустя более 60 лет после издания в Москве на идиш, в год 95-летия Суцкевера  впервые в России его воспоминания «Из Виленского гетто»  вышли на русском (Суцкевер А. Из  Виленского гетто: Воспоминания/ Пер. О. Л. Хайкиной, Н. А. Шварцмана.- М., Екатеринбург: Центр и Фонд  «Холокост»; МИК, 2008.- (Российская б-ка Холокоста).- 191 с.), и этот факт следует рассматривать как событие чрезвычайной важности.

В конце 90-х уроженец Вильно, израильтянин, представитель «Джойнта» в далеком Екатеринбурге Иосиф Шустер познакомился со знатоком идиш, бывшим фронтовиком Наумом Шварцманом, принесшим рукопись перевода глав из раритетного московского издания на идиш…

Чувство, испытанное Иосифом, среди родных которого есть и погибшие в Катастрофе, было сродни катарсису, и он пообещал, что сделает все, чтобы этот документ еврейского страдания и сопротивления дошел до массового русскоязычного читателя: «Помни, никогда не забывай!». «Я увидел в этом возможность сохранить и донести до людей это свидетельство об одной из самых трагических страниц еврейской истории». После смерти (в возрасте 90 лет) Н. Шварцмана, работавшего до последнего часа, рукопись завершила его помощница,  активистка местной еврейской общины и член «Идиш-клуба» Ольга Львовна Хайкина, в прошлом детский врач с полувековым стажем. Но для издания перевода нужно было получить разрешение автора, и тут на помощь Иосифу Шустеру пришел консультант «Джойнта» д-р Аарон Вайс, давший ему координаты бывшего председателя Совета директоров мемориала «Яд ва-Шем» д-ра Ицхака Арада – одного из бывших еврейских партизан Литвы, упомянутого в книге Суцкевера как Исаак  Рудницкий, участник подрыва 15 немецких эшелонов…

Узнав, что А.Суцкевер готовится к юбилею, И.Шустер встретился с его дочерью Мирой, и она организовала встречу с отцом в Тель-Авиве. «Эта встреча была очень важна для меня, тем более, что автор с радостью дал мне разрешение на публикацию перевода». Суцкевер тепло принял гостя и вспомнил, что в Виленском гетто были глубоко законспирированные агенты «Джойнта», они сумели даже связаться с подпольным представителем «Джойнта» в Варшавском гетто (о чем упомянуто в тексте) Ицхаком Гитерманом, получать оттуда помощь, и благодаря их усилиям некоторым узникам удалось вырваться на свободу…

«Все евреи ответственны друг за друга» — не декларация. Издание книги Суцкевера на всех этапах стало общим делом для многих людей, разделенных расстояниями в тысячи километров, но единых духовно, считающих долгом сохранить, донести до широкой русскоязычной аудитории важное свидетельство стойкости и высокого духа. Рукопись помогали готовить к печати директор еврейского музея в Вильнюсе Марк Зингер и ответственный секретарь музея Рахель Костанян; фотографии предвоенного Вильно безвозмездно передал Валентинас Гилис, большую профессиональную помощь в издании оказал и  сопредседатель Российского НПЦ «Холокост» Илья Альтман.

Сама книга, написанная по горячим следам, состоит из трёх органически взаимосвязанных частей. Подход к событиям (даже при отсутствии некой хронологической, дневниковой последовательности, о чем, кстати, говорится в послесловии редактора А. Немченко), помноженный на писательское мастерство, позволяет нам, читателям, по прошествии более 60 лет после Катастрофы, стать непосредственными «соучастниками» событий,  словно каждый из нас вместе с Суцкевером встречает утро 22 июня 1941 года, слышит истеричные выкрики Гитлера и…поистине гениальное пророчество автора «Фонетики еврейского языка» Нояха Прилуцкого, донесенное до нас А. Суцкевером: «С первой же  бомбой на русской земле Гитлер выкопал себе могилу…».


А.Суцкевер, его дочь Мира и сопредседатель
Российского НПЦ «Холокост» И. Альтман. Фото автора

Книга сама по себе – бесценный источник, она является свидетельством не только еврейских страданий (кстати, в ней автор этих строк, бывший бакинец, обнаружил упоминание о гибели актеров Бакинского еврейского театра — семьи Бергольских, оказавшихся после закрытия театра в Литве и угодивших в горнило Катастрофы — Г.Р.), но и героического еврейского Сопротивления — как в самом гетто, т.е. подполья с его трагическими перепетиями и дилеммами, так и участия евреев в партизанской борьбе, в побеге из зоны действий «операции зондеркоманды 1005», заметавшей следы преступлений в Понарах. Словно живые, перед нами предстают погибший в застенках гестапо глава подполья Ицик Витенберг, соратники Суцкевера по борьбе партизаны Аба Ковнер, Иосиф Глазман, Шмуэль Каплинский и другие…А разве не героизмом было спасать от гибели уникальное еврейское наследие, подготовленное к уничтожению печально знаменитым «Штабом Розенберга»?! Или учить детей гетто, ставить театральные постановки, организовывать художественные выставки – под сенью смерти?!..

Книга – неопровержимый документ соучастия местных литовских полицаев-коллаборационистов в преступлениях нацистов, и в то же время – свидетельство величия человеческого духа тех литовцев и поляков, которые рисковали жизнью, спасая евреев, как, например, спасительница  самого Суцкевера Янова Бартошевич и другие…

Более детальный анализ и цитирование — дело нелегкое. Так или иначе, книгу нужно…читать. Только так можно соприкоснуться с «личностью в контексте эпохи»…
Будем надеяться, что со временем русскоязычная версия станет доступна Интернет-пользователям, поскольку печатный тираж всего-то 1600 экземпляров…

Хотел бы подчеркнуть, что сегодня воспоминания, не побоюсь громких слов, живой легенды имеют особую злободневность и вот почему: Интернет и «бумажные» СМИ в Израиле не скрывают тревоги по поводу отношения властей сегодняшней Литвы к евреям – участникам антинацистского Сопротивления, подпольщикам и партизанам.Только что прекращенное преследование израильского историка, бывшего партизана Ицхака Арада еще недавно можно было рассматривать как прецедент, но  — речь уже о явлении. Налицо попытки переписать историю Катастрофы евреев Литвы, скрыть соучастие местного населения в преступлениях германского нацизма. Противостоять полуправде и лжи можно публикацией документов-первоисточников, воспоминаний бывших узников и героев еврейского Сопротивления эпохи Холокоста.

Из недавней переписки с Иосифом Шустером мне известно, что книга Авраама (Аврома) Суцкевера на русском языке пользуется необычайным спросом у евреев, живущих в странах Балтии, и он надеется, что в скором времени она выйдет вновь — на сей раз уже на английском языке. А юбиляру нашему – ад меа вэ-эсрим!..Зайт гезунт ун штарк, Авром Суцкевер! Мы помним Вас и любим!..
____________________________________

Автор этой статьи Г. Рейхман — региональный представитель Российского НПЦ  «Холокост» в Израиле

http://www.newswe.com/index.php?go=Pages&in=view&id=698

Посмотреть также...

Дунькин полк

02/24/2020  15:06:13 В защитниках Отечества – уже давно не только мужчины. В 1941-м право сражаться …

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *