Главная / Главное окно / День Независимости. Отрывок из книги воспоминаний «Первое десятилетие», 1950 г.

День Независимости. Отрывок из книги воспоминаний «Первое десятилетие», 1950 г.

04/30/2017.   12:13:58

Предисловие переводчика

Исраэль Эльдад (Шайб) (1910-1996) — публицист, философ, учитель, был идеологом и одним из руководителей подпольной организации ЛЕХИ.(ЛЕХИ — сокращение от «Лохамей Херут Исраэль», букв. «Борцы за свободу Израиля» — еврейская подпольная организация, действовавшая против британского мандата в Палестине с 1940 и до основания государства Израиль в 1948. Была организована выходцами из Иргуна, которые не согласились с политикой прекращения борьбы против Великобритании на время Второй мировой войны).
Эльдад родился в Галиции, учился в Венском Университете, где получил степень доктора философии. После окончания учебы преподавал ТАНАХ в Учительской семинарии в Вильнюсе, параллельно с этим был одним из руководителей БЕЙТАРА в Польше.
С началом Второй Мировой войны ему удалось по поддельным документам бежать в Эрец Исраэль, где он продолжил свою общественную и публицистическую деятельность в рядах ЛЕХИ. После гибели Авраама Штерна ЛЕХИ возглавил Центр, состоящий из 3 человек — Ицхака Шамира, Натана Елин-Мора и Исраэля Эльдада. Эльдад стал одним из главных идеологов ЛЕХИ.
В 1944 г. в гимназию, где Эльдад работал учителем, пришли представители властей с целью арестовать его. При попытке к бегству, он упал с четвертого этажа, получил сильную травму позвоночника и, закованного в гипс, его поместили в тюрьму на Русском подворье, а позднее перевели в лагерь в Латруне. В 1946 г в результате дерзкой операции, проведенной ЛЕХИ, Эльдада удалось похитить из клиники др.Троя в Иерусалиме, куда он был под конвоем привезен на проверку. После этого и до конца британского мандата он оставался на нелегальном положении, продолжая руководить деятельностью ЛЕХИ.
После образования государства Израиль Исраэль Эльдад продолжил работать учителем в школе, в 1950 г был уволен по приказу Бен Гуриона за его взгляды. С помощью апелляции в Верховный Суд Справедливости ему удалось отменить запрещение работать в школе. Позднее ему смог найти работу в Хайфском Технионе, где в течение 15 лет избирался студентами как «лучший лектор».
С 1949 по 1963 году издавал журнал «Сулам», в котором был автором большинства статей . Журнал представлял один из немногих очагов оппозиции существующему тогда режиму. «Сулам»пропагандировал идею возрождения Царства Израиля в его исторических границах. Журнал изначально печатался в 1500 экземплярах и испытывал постоянные финансовые трудности.
После шестидневной войны Исраэль Эльдад стал одним из основателей «Движения за Неделимый Израиль». Всю жизнь он продолжал писать публицистику, статьи и книги на исторические, философские темы, комментарии на ТАНАХ. Кроме того, он перевел на иврит полное собрание сочинений Ницше, за что получил премию Черняховского.
Его автобиографическая книга «Первое десятилетие» была написана в 1950 г. и охватывает собой воспоминания о периоде с конца 30-х годов и до возникновения Государства Израиль.

***
И снял весь народ золотые кольца со своих ушей, и отдали их Аарону. И взял он кольца из рук их, и обработал резцом , и сделал литого тельца; и воскликнули они: «Вот божество твое, Израиль, которое вывело тебя из страны египетской»… и поднялись забавляться.
(Книга Шмот)
И я тоже поднялся посмотреть на «забавляющихся» в эту ночь (Речь идет о 29 ноября 1947 года — голосование в ООН о разделе Палестины.прим.пер.).
Даже если бы я справился со своим чувством любопытства, которое толкало меня пойти смотреть на толпу в чуждой мне радости, я не смог бы остаться дома, потому что рухнули все стены и все перегородки. Если бы я еще продолжал жить на краю апельсиновых садов Рамат Гана или на окраине Бней Брака, я мог бы выслушать по радио, сидя за чашкой кофе с тонкой полоской пены и думая свои думы, «драматическое» голосование в ООН, а потом пошел бы спать, чтобы дать мутной пене осесть. А назавтра снова бы смотрел на все открытыми и жесткими глазами бойца за свободу Израиля. Но это было невозможно, если живешь в новой квартире на улице Дизенгоф в центре Тель-Авива, считанные метры от эпицентра толпы, ликующей после результатов голосования в ООН. В этом городе — первом в любом празднике и последнем в любом страдании — не было никаких сдерживающих рамок для выплеска веселья.
И я тоже впервые сбросил с себя гнет осторожности подпольщика и спустился побродить и посмотреть на народ в его радости. Едва закончились последние аккорды Атиквы, вопль вырвался из всех глоток, распахнулись все окна и все двери, радиоприемники кричали во всю мощь на каждом углу. Улица Дизенгоф — уже не улица, дома уже не дома, и люди уже не люди, всех понесло в едином потоке, который затопил все. Женщины бегут с младенцами в руках, дома пляшут, флаги развеваются, гудки машин смешиваются с криками толпы.
Я продолжаю идти.
Вот он, угол Фришман-Дизенгоф. Еще вчера я опасался проходить здесь в часы дневного света. В кафе «На углу» любят сидеть агенты ШАЙ (ШАЙ — Шерут Едиот, разведывательный отдел Хаганы, позднее был преобразован в ШАБАК, имел в том числе еврейский отдел, который занимался еврейскими «террористами».прим.пер.), и каждому, кто воюет с англичанами за свободу Израиля, желательно не показываться им на глаза. Но в эту ночь, в эту ночь нет страха. В эту ночь никто из посетителей кафе не встанет, чтобы следить за нами. Не то, чтобы в эту ночь закончилась их работа, ее будет еще много у них, и еще прольется еврейская кровь в эту зиму после провозглашения государства, но в эту ночь они тоже пьяны от веселья. Без остановки, без перерыва разбиваются бутылки о камни мостовой. Независимость!
Я прохожу мимо них. Я вышел посмотреть на веселье евреев.
И было, на первый взгляд, веселье. Веселье простое, без всякой политики, радость «у нас будет свое государство». Хотя многие из тех, кто веселится сегодня, еще вчера насмешливо морщились от этих слов, кто из-за неверия, кто из-за того, что не видел в нем необходимости, кто из-за избытка «просвещенности». Но сегодня они веселятся и танцуют, сегодня испарилась их «просвещенность». «Еврейское государство», волшебные слова последних десятилетий. Но за этим весельем лежало нечто другое, и это другое на самом деле владело народом.
Расслабление, сброс напряжение. Это было видно в самом отсутствии рамок для выражения радости. Тех рамок, которые всегда есть в настоящей глубокой радости. Это была иллюстрация психофизиологического утверждения, что истинное наслаждение состоит в избавлении от напряжения.
И настолько огромно было напряжение последних лет. Бойня в Европе. Опасность нацистского вторжения в Палестину. Война подполья, и все что с ней связано: комендантский час, обыски, виселицы, демонстрации, нелегальная эмиграция, страх перед погромами, братоубийственной войны. Немногие, совсем немногие были готовы и дальше продолжать такую жизнь — только те, которые были сделаны из стали, и нервы которых были из стали — натянуты от самых глубин страдания и до прихода далекого Машиаха. Но таких было мало, ибо народ тороплив, больше сорока дней он не готов ждать возвращения Моисея. Он не готов терпеть пустыню и огонь. Народ хочет покоя. Будь что будет, но чтобы был, наконец, покой. Любое, но чтобы было , наконец, решение.. Маленькое государство или большое, с Иерусалимом или без, главное — чтобы пришел конец этому напряжению, этому «кровавому безумству», как называют его и справа и слева те, кто хочет устойчивости, устойчивости, устойчивости. В последние месяцы это напряжение усилилось в ожидании голосования в ООН. Усилилось естественно, как у тех, кто ожидает приговора. И усилилось искусственно, дополнительно подогреваемое сионистскими деятелями, которые всегда держатся за разнообразные даты, съезды и конференции, и на них, и только на них возлагают все свои надежды. С помощью них можно избежать участия в войне, с помощью них можно нападать на «отщепенцев» (Отщепенцы — «поршим» , так называли членов ЭЦЕЛя и ЛЕХИ), которые всегда » втыкают нож в спину» именно в эти судьбоносные дни. И что случится, если в эту ночь не будет положительного решения? И не будет выбора, кроме как снова воевать… если не появится на горизонте призрак спасения в виде очередного конгресса?
И среди этого напряжения и этого страдания — голосование. Как в любом голосовании, результаты которого заранее неизвестны, есть в нем что-то от рулетки. Падает жребий. И стоит народ в ожидании своей судьбы — будет им дано государство или нет?
Стоят миллионы евреев в мире, стоят тысячи юношей, здоровые, крепкие как кедры, готовые к бою и жертве, руки в карманах, замерли в напряженном ожидании — как проголосует Коста-Рика. Коста-Рика, Коста-Рика. От них, от голосов Коста-Рики и Никарагуа зависит судьба евреев, будет ли у них государство. Стоят и считают. Уже четверо за нас, один против. Что с Сиамом? Где Сиам? Сиам? Сиам отсутствует. Сиам отсутствует!! Бегут ручки по бумаге, продолжается подсчет. А-а-а, Никарагуа проголосовала за нас. Никарагуа за то, чтобы у сыновей Авраама, Ицхака и Иакова, Давида, Ишаягу и Иегуды Маккаби тоже, наконец, было свое государство. Браво, Никарагуа! Где она, вообще-то, эта Никарагуа? Какой народ там живет? Спроси у одного, другого, третьего, спроси у тысяч, которые так напряженно ждут ее решения: что это за Никарагуа? Ах, какая разница! Не морочьте нам голову с историей и географией! Главное — она за нас. Если, не дай бог, Никарагуа и Коста-Рика будут против нас, у миллионов евреев не будет своей страны, и им будет очень, очень грустно. И тогда своя страна будет только у арабов. Страна? Семь, восемь стран!
И вдруг проклятия: Куба против! Антисемиты! Когда же дело доходит до великих держав, народ уже полностью теряет власть над собой. Соединенные Штаты — за. Да здравствует демократия! Советский Союз — за. Да здравствует великая революция!
Волны поднимаются и опускаются. Сердца напряженно стучат. Сколько уже? Сколько за? Сколько против? Сколько всего нужно? Тридцать? Тридцать два? Когда я был мальчиком, отец играл со мной в карты в честь Хануки, и тогда сердце мое также напряженно билось при подсчете очков.
И еще картина детства поднимается из самых глубин памяти. Мне 12 лет. Я иду рядом с отцом, я и мой брат 10 лет, и мы празднично одеты. В рубашках с бело-голубыми воротничками мы торжественно идем по улицам Львова. Вместе с нами весь еврейский Львов, и кругом — флаги, флаги. Это уже второй раз, когда я так иду вместе с отцом в массовом шествии. Но тогда это были похороны Свитков Торы, сожженных вместе с евреями, которые пытались их спасти, и мы на кладбище, был также ноябрь, но снег, снег покрывал все, и только черные евреи на белом снегу хоронят Свитки Торы вместе со сгоревшими людьми. Плач со всех сторон, причитания мужчин и женщин, и снег, который не тает, колючий, ледяной и злой. Но на этот раз наше шествие празднично. Тысячи, тысячи евреев ликуют: решение Сан Ремо! (В 1920 г в Сан Ремо состоялась международная конференция , на которой обсуждался вопрос о разделе Оттоманской империи между странами- победительницами в Первой мировой войне. На ней было принято решение о передаче Англии мандата на управление Палестиной.прим.пер.) 52 государства проголосовали за нас, за «национальный дом». Радуются сердца. Все идут гордые, также как и я, как мой брат в новом костюме. Мы были тогда очень наивны — наивны, потому что верили в ценность подобных решений, верили в совесть мира, очень хотели верить.
А, кроме того — что тогда стояло за нами, в эти дни детства возрождающегося народа? Много исторической справедливости, и небольшое количество мошавот. С этим пришли мы к народам мира, с этим были рады, что получили признание и согласие . Но сегодня? Сегодня, когда мы уже н а р о д на Ближнем Востоке, когда за нашими плечами героическая борьба против Британской Империи? Сегодня мы будем так униженно стоять и радоваться каждому голосу за нас? Сегодня, п о с л е всего предыдущего опыта, после разочарования во всей ценности подобных голосований, жизнь которых — один день, — а мы так цепляемся за них, да еще как. С такой решительностью? С такой верой? Не в эту ночь родилась ассоциация с Золотым Тельцом, и не мне первому она пришла в голову. Сказал о ней Ури Цви (Ури Цви Гринберг, 1896-1981, ивритский поэт. прим.пер.), который охватывал своим пророческим взглядом времена и расстояния и жил прошлым, как будто оно случилось перед его глазами. Он сказал мне: «Такого позора, как танцы в эту ночь, не видел этот народ со времен Золотого Тельца. Именно так они танцевали вокруг него».
Ури Цви имел в виду и Тельца самого — государство в предложенных , совершенно нежизнеспособных границах. (Кто-нибудь может себе представить сегодня то государство, за которое голосовали и за которое танцевали?). Он, конечно, имел в виду и предательство Иерусалима, ценой которого было решено то, что решено. Именно благодаря отказу от Иерусалима несколько «очень христианских» и «очень католических» государств согласились голосовать за нас, и поэтому на растерзанном теле Иерусалима танцевали в ту ночь.
Но я сам в ту ночь сосредоточился на двух вопросах: явлении расслабления , сбрасывания всех рамок, и явлении самоуничижения.
Откуда, откуда — недоумевала моя душа — откуда такая слабость духа у такого великого народа. Тот, кто слышал «Я, Всевышний…» (Книга Шмот 20, 2 — начало 10 заповедей), тот, кто видел его величие, сейчас (провозглашает) — » Это твои божества, которые вывели тебя из Египта?» Эти? Никарагуа и Коста-Рика? Они дают силу веселиться и танцевать? Они дают право жить? Откуда у такого великого народа такая рабская и униженная душа? Неужели и наши праотцы, те, которые верили в Машиаха, были способны так радоваться решениям гоев? Во всей нашей традиции Избавления, которая очень р е а л и с т и ч н а , несмотря на ее мистику, есть хотя бы намек на такую возможность?
Есть Пророк Элиягу, есть война Гога и Магога, есть Эмек Иошофат, есть Машиах бен Йосеф, но нет, по всей логике и справедливости нет, даже намека на такое Избавление — гои принимают решение о создании Государства Израиль, и это всенародный праздник и всенародное ликование. Нет во всей еврейской литературе такого.
Но тогда что это, откуда это? Это результат самоослепляющего света эмансипации и просвещения? С ними пришло это заискивание перед другими народами, этот поиск их внимания, их милости? Если они восхваляют ТАНАХ, значит ТАНАХ хорош. Если они пренебрегают Талмудом, значит Талмуд плох. Все это — стремление заслужить одобрение со стороны просвещенных народов. Абсурдная война за равенство прав в Галуте. Восторг перед французским писателем за то, что он не антисемит, перед русским государственным деятелем за то, что он либерал. Отступление от той реальной, очень реальной системы понятий, которая была у наших мудрецов по отношению к другим народам. В пещере Шимона Бар Иохая было больше сияния, чем в свете Просвещения, и больше глубины. Вера в Машиаха реальнее веры в Советский Союз и ООН. Нет, не потомки Бар Иохая и Баал Шем Това кружатся в танце сегодня на площади имени Дизенгофа, но потомки тех, кто радовался в Париже и Петербурге, Варшаве и Будапеште получению равных прав. Это значит, что сионизм не соединился с более глубинными пластоми народного сознания, он — дитя последних 100 или 150 лет. Он — не вера наших отцов в Машиаха, и поэтому он — ровесник всех Коста-Рик и Никарагуа, и поэтому он так пресмыкается перед ними и перед всеми «объединенными народами».
Я не скажу, что все эти выводы я сделал, когда бродил среди ликующей толпы. Тогда в голове была путаница чувств и мыслей — о расслаблении, переходящем в распад, о Иерусалиме, принесенном в жертву, о сыщиках, о своей чуждости всему происходящему вокруг. Не Октябрьский переворот, не взятие Бастилии, не победа над врагом, а всего только какое-то голосование, и молодежь так восторженно прыгает и пляшет. Я вижу, что это тот же Галут, и новое поколение еще не родилось.
И прошла эта ночь — полная тьмы, несмотря на все огни, затопившие ее, улыбаясь с издевкой , потому что за ней пришли другие дни, и в их безжалостном свете все эти мельтешащие фигуры выглядели еще уродливее.
Но с этой ночью исчезла и наша ночь подполья, в которой было так много света и так много ясности, и пришел день, который был ни днем , и ни ночью, только туманом.

Перевод Тальи Имас
Опубликовано в «Вести» — «Окна», 11.06.2009

http://gazeta.rjews.net/eldad-i2.shtml

 

Посмотреть также...

Чего ждать от Кремля?

07/21/2017   13:09:52 Михаил Соколов Александр Кынев, Георгий Сатаров, Владислав Иноземцев об образе будущего РФ и …

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: