Главная / В Америке / Первый в Оксфорде

Первый в Оксфорде

22.12.2018 12.43




Его называли Адамом в мире математики – он придумал «матрицу» и изобрел десятки терминов, которыми пользуются до сих пор. Пробив стену антисемитизма, Джеймс Джозеф Сильвестр стал первым евреем в Оксфорде и первым еврейским профессором в США.

Джеймс Джозеф родился 3 сентября 1814 года в большой обеспеченной еврейской семье, обосновавшейся в лондонском Ист-Энде. Окончил он самую известную в то время еврейскую школу города. А Сильвестром стал, когда старший брат уехал в США, где от всех иммигрантов требовали взять вторую фамилию.

Математический талант проявился в мальчике вместе с готовностью постоять за себя и свои убеждения. В 14 лет будущий ученый поступил в Университетский колледж Лондона, где впервые в Великобритании студенты-евреи были на равных с сокурсниками-христианами. Впрочем, он быстро вылетел оттуда после того, как набросился с ножом на одного из своих обидчиков. Продолжил учебу в Королевском институте Ливерпуля, там получил свою первую математическую награду, а в 17 лет был принят в Кембридж. Пропустив по болезни почти два года, юноша занял второе место из приблизительно ста студентов на традиционном выпускном экзамене. Степень бакалавра, однако, не получил – для этого требовалось подтвердить верность догматам англиканской веры, что он, как еврей, сделать отказался.

Джеймс начал читать лекции по естественной философии, а в 1839 году стал членом Лондонского королевского общества. Через два года после этого ему удалось формально завершить свое образование: Тринити-колледж в Дублине присвоил Сильвестру сразу две степени – бакалавра и магистра. По отношению к евреям и католикам там допускались такие вольности. Вскоре 27-летний профессор – к тому времени уже один из ведущих математиков Британии – решил попытать счастья в Новом Свете. Поздним ноябрем 1841 года он прибыл в Шарлотсвилль, штат Вирджиния.

Гость был энергичен, говорил на кокни, носил очки и поражал окружающих огромной головой с копной черных волос – об этой особенности Джеймса вспоминал антрополог Фрэнсис Гальтон, двоюродный брат Чарльза Дарвина. Студенты и преподаватели Университета Вирджинии устроили британцу восторженный прием. Довольны, разумеется, были не все: многих раздражали новые преподаватели, среди которых был не только еврей-математик Сильвестр, но и католик-филолог Крайцер. Чужаки чувствовали себя как дома в университете, первыми ректорами которого были три президента США!

Точная причина скандала, в центре которого через четыре месяца после прибытия оказался Сильвестр, до сих пор неизвестна. Современники рассказывали о недалеком и вспыльчивом студенте, решившем, что профессор задел его честь: тот сбил с Джеймса шляпу и ударил по голове. Ученый, недолго думая, выхватил клинок и нанес обидчику удар в грудь. Рана оказалась пустяковой, но Сильвестр быстро собрал вещи и в середине учебного года – с ведома руководства – покинул кампус.

Это было прагматичное решение: британский еврей, пустивший в ход оружие против своего студента – такое в Вирджинии не прощалось. Большинство студентов были южанами-плантаторами, воспитанными в атмосфере высокомерия и жестокости, оружие было частью их образа жизни. Лишь в 1859-м администрации удалось обязать первокурсников сдавать при поступлении свой нож и пистолет на хранение. Все это в случае с Джеймсом накладывалось на антисемитские и антибританские настроения. Еще в 1825-м студенты вышли на митинг под лозунгом «Долой европейских профессоров!». Так что, несмотря на теплую встречу, расставание с европейским светилом было неизбежно.

Сильвестр переехал в Нью-Йорк и в 1843-м попытался получить место в Колумбийском университете. Ему протежировал сам Джозеф Генри, выдающийся физик, один из первых членов Национальной академии наук США, впоследствии – ее бессменный президент. Хлопоты оказались пустыми. Отборочная комиссия заверила кандидата, что отказ никак не связан с его британским подданством, просто евреев они предпочитают не принимать. По иронии судьбы именно Колумбийский университет во второй половине XX века считался самым «еврейским» университетом США: 35 процентов его преподавателей были евреями.

Но это все было в будущем, а тогда ученому оставалось лишь вернуться в Великобританию и сменить род занятий. Джеймс Джозеф вошел в страховой бизнес: был успешен, вел жизнь джентльмена викторианской эпохи, хорошо разбирался в поэзии. Настолько хорошо, что переводил произведения французских, немецких, итальянских, латинских и греческих авторов, цитировал их в своих математических работах, даже опубликовал книгу «Законы стихосложения».

Математикой занимался в свободное время – занимался страстно, будучи отвергнут всеми британскими университетами, несмотря на сильных лоббистов. Так, в разное время кандидатуру Сильвестра отстаивали первый президент Лондонского математического общества Август де Морган, изобретатель первой в мире вычислительной машины Чарльз Бэббидж, а также математик и по совместительству директор монетного двора Его Величества сэр Джон Гершель.

Прошло десять лет. Сильвестру наконец дали место в Королевской военной академии в Вулидже, готовившей офицеров для артиллерии и саперных войск. В 1861-м он был удостоен Королевской медали, а в 1869-м – отправлен на пенсию. И здесь не обошлось без скандала: поначалу академия отказала ученому в полной пенсии, и лишь полемика на страницах The Times и вмешательство премьер-министра Уильяма Гладстона решили дело.

Сильвестр потратил многие годы на борьбу с миром. В 1872 году элементарная справедливость была наконец восстановлена – он получил степень бакалавра и магистра в Кембридже. В 1876 году ученый снова пересек Атлантический океан, чтобы стать первым профессором математики в только что основанном Университете Джона Хопкинса в Балтиморе. Его зарплата составляла 5000 долларов в год – огромные деньги, учитывая, что приличные туфли стоили один доллар, как и пара джинсов от Levi Strauss.

Речь Сильвестра 22 февраля 1877 года – в первую годовщину основания университета и день рождения первого президента США Джорджа Вашингтона – вошла в историю. Из его уст впервые ясно и публично прозвучала простая мысль, что антисемитизм противоречит духу университетской свободы и тормозит развитие науки. В итоге Сильвестр многое сделал для создания особой атмосферы в этом университете. Например, только благодаря его настойчивости впервые в истории США женщина – Кристина Лэдд-Франклин – была допущена к посещению лекций по математике.

Кроме того, Сильвестр основал первый в стране математический журнал – American Journal of Mathematics, издаваемый и по сей день. За первые десять лет существования журнала в нем вышли статьи 90 авторов, треть из которых были учениками Джеймса Джозефа. Так была создана математическая школа США. Тем не менее, спустя несколько лет, проведенных в Балтиморе, ученый затосковал по туманному Альбиону – тем более что Лондонское королевское общество в 1880-м удостоило его медали Копли. На тот момент это была самая престижная в мире награда за научные достижения, ее лауреатами впоследствии стали 60 обладателей Нобелевской премии. В 1883 году математик вернулся в Британию, чтобы возглавить кафедру геометрии в Оксфорде. Его достижения были признаны, но он не удалился от дел – оставался деканом до самой смерти. В 1890-м воплотилась заветная мечта Сильвестра: евреи официально стали полностью равноправными гражданами Соединенного Королевства.

Иудаизм всегда присутствовал в жизни Сильвестра. Он жертвовал на деятельность еврейских благотворительных организаций, часто обсуждал еврейские проблемы с британским общинным лидером Освальдом Джоном Саймоном. Позже в Jewish Chronicle Саймон вспоминал, что Сильвестр был «убежденным евреем – от и до». Ученик Джеймса, Фабиан Франклин, отмечал, что формула «С Б-жьей помощью», которую ученый использовал в своих математических работах, была для него не просто словами.

В 1891 году Сильвестр стал почетным членом клуба Maccabaeans, объединившего евреев-интеллектуалов и представителей свободных профессий. Основатели стремились предотвратить ассимиляцию среди евреев, которые обрели вес в английском обществе – Сильвестру «растворение» не грозило, но многие его молодые коллеги быстро забывали о своем национальном наследии.

Ученый скончался 16 марта 1897 года. Церемонию похорон на кладбище West London Synagogue проводил главный раввин Британской империи д-р Герман Адлер, проститься с математиком по еврейскому обряду пришли коллеги из Оксфордского университета и Лондонского королевского общества.

Сейчас Сильвестра считают создателем формального языка современной науки: его терминами по сей день оперируют как школьники старших классов, так и профессиональные математики и физики. Между прочим, «матрица» – тоже изобретение Сильвестра, он же впервые в мире использовал ивритские буквы для ряда обозначений в математических исследованиях. Одно из зданий Университета Джона Хопкинса, который входит в двадцатку лучших в мире, названо в честь него. С 1901 года Лондонское королевское общество присуждает Медаль Сильвестра за выдающиеся заслуги в математике. Основанный Сильвестром American Journal of Mathematics считается одним из наиболее авторитетных математических журналов на Западе. Казалось бы, классическая история успеха, но многие ученые сожалеют, что гений Сильвестра, проявившийся уже в 1830-е, на многие десятилетия был потерян для науки – из-за той самой «борьбы с миром», которую вел ученый, не желая изменять своей вере, своему народу и своим убеждениям.

Михаил Гольд

Михаил Гольд

https://jewish.ru/ru/people/science/188171/




Посмотреть также...

ИЦХАК ГЕРЦОГ – «ЕВРЕИ ВНОВЬ НЕ ЧУВСТВУЮТ СЕБЯ В БЕЗОПАСНОСТИ НА УЛИЦАХ ЕВРОПЫ»

23.01.2019   16-56 Глава Еврейского агентства Ицхак Герцог принял сегодня участие в церемонии, посвященной международному Дню …

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: