Алекс Кушнир (Фото: Алекс Коломойский)

Алекс Кушнир: «Государство повернулось спиной к репатриантам и простым гражданам». Интервью

Реклама

02/09/2023  12:49:02

В интервью «Вестям» экс-глава финансовой комиссии кнессета объяснил, откуда у Израиля деньги на помощь Турции, почему власти начали делить репатриантов на «выгодных» и «невыгодных», и дал прогноз развитию экономики на ближайшее время

Игорь Молдавский|
Вчера | 17:47
«Я прогнозирую ухудшение основных услуг населению — в медицине, образовании, социальной помощи. Меня беспокоит, что государство Израиль поворачивается спиной к репатриантам и делит их на «выгодных» (из США и Франции) и «невыгодных» (русскоязычных). Меня тревожит, что главный поставщик налогов в госбюджет — хайтек — начинает перебираться в более стабильные страны». Так заявил в интервью «Вестям» Алекс Кушнир, экс-глава финансовой комиссии кнессета. Мало кто знает, что Кушнир по образованию — экономист, выпускник Еврейского университета. В беседе с журналистом «Вестей» он дал собственный прогноз о дальнейшем развитии страны. Ныне Кушнир возглавляет стратегический штаб партии НДИ, находящейся в оппозиции.
— Г-н Кушнир, давайте начнем разговор с актуального вопроса: после страшного землетрясения в Турции Израиль предложил помощь правительству в Анкаре, направил в район бедствия спасателей и медиков. Жест, безусловно, благородный, но возникает вопрос — из каких средств оплачиваются подобные акции, кто их утверждает?
— Специально для таких целей существуют резервные фонды, в основном — в министерстве иностранных дел и особенно — в Службе тыла. Мне кажется, что такого рода помощь можно только приветствовать, ведь речь идет о спасении жизней. Кроме того, гуманитарные инициативы способствуют укреплению международного имиджа Израиля, что тоже очень важно.
— Давайте поговорим на близкую вам тему — о репатриации. Вы были гендиректором министерства алии, защищали в кнессете права репатриантов. «Вести» уже писали о странном интервью, которое новый министр алии и интеграции Офир Софер дал газете Jerusalem Post. В статье говорилось, что новое правительство будет поощрять репатриацию из США и Франции — в отличие от периодов, «когда абсорбцией в стране заведовал Либерман и его люди». Ваша реакция?
— Прежде всего обратим внимание на то, что новый министр даже не попытался публично опровергнуть возникший после интервью резонанс и сказать что-то типа: «Ребята, вы меня неправильно поняли». Отсюда вывод: в правительстве считают, что Израиль теперь имеет право выбирать себе репатриантов по стране происхождения. По-моему, это и есть конец сионизма и начало расизма.
— А что происходило в вашу бытность гендиректором министерства абсорбции?
— Могу сказать, что и мы утвердили в свое время программу поощрения репатриации из Франции — но не за счет усилий в поощрении репатриации из стран бывшего СССР и из других стран. Израиль ведь создавался репатриантами и для репатриантов. Поэтому мы не имеем права выбирать, откуда привозить новых олим, и должны делать все, чтобы сюда приезжали новые граждане со всех концов мира. Если кому-то стали неугодны репатрианты из определенных стран, этого человека трудно назвать сионистом.
— Но правительство перебросило сотни миллионов шекелей на репатриацию из западных стран, об этом говорится в коалиционных соглашениях. Возможно, это действительно изменит ситуацию — и вскоре к нам приедут волны евреев из Нью-Йорка и Парижа?
— Нет, конечно. Из опыта работы с репатриантами из США и Франции могу сказать только одно: очень мало здесь зависит от того, что делает Израиль, и гораздо больше — от того, что происходит в странах исхода. Напомню, что большая волна репатриации из Франции пошла только после вспышки антисемитизма и нескольких терактов против еврейских общин.
Поэтому в данном случае я согласен только с одним: к репатриантам из каждой общины нужно искать свой подход, а не стричь всех под одну гребенку. У каждой общины — свои потребности, но одно не может идти за счет другого, это абсурд. В Украине сейчас военная ситуация, и Израиль, как сионистское государство, которое на протяжении всей своей истории занималось поощрением репатриации, должен приложить дополнительные усилия для того, чтобы потенциальные репатрианты из бывшего СССР приехали сюда.
На деле же я вижу, как часть потенциальных репатриантов в конце концов принимают решение не приезжать в Израиль, а ищут другие варианты. Или же приезжают сюда и потом решают вернуться.
И я считаю, что это фиаско Израиля как государства. В нашей стране было немало правительств, которые плотно занимались интеграцией репатриантов. Одни делали это лучше, другие хуже. Но нынешнее правительство явно поставило своей целью отторгнуть репатриантов. Иначе их действия по отмене «подъемных», дополнительных пособий на съем жилья не имеют под собой никакой логики. Но да, они день за днем доказывают, что репатриация их не интересует вообще.

אלכס קושניר

Алекс Кушнир в бытность депутатом кнессета
(Фото: Ноам Мошковиц, пресс-служба кнессета)
— Отчего это происходит? Нетаниягу ведь никогда не был раньше замечен в пренебрежении к репатриантам из стран бывшего СССР?
— Нетаниягу действует не в вакууме, а помня о том, кто его коалиционные партнеры. Они ведь говорят вслух, что репатрианты из бывшего СССР представляют угрозу еврейскому характеру государства. А Нетаниягу просто плывет по течению. Ничего нового ведь нет — мы помним все предыдущие кампании Дери и ШАС, направленные против русскоязычных.
Меня тревожит, что это явление превращается в государственную политику. Понимаете, когда в кнессете говорят об изменении Закона о возвращении — уже менее важно, будет он изменен в конце концов или нет. Понятно, что это важно для будущих репатриантов, но для тех, кто уже находится здесь, урон уже нанесен.
Сегодня среднестатистический израильтянин смотрит на любого русскоязычного с сомнением: еврей ли он по Галахе? А может, только наполовину или вообще внук, то есть — гой? Зерно сомнения, к сожалению, уже посеяно.
— Кто руководит этими попытками, на ваш взгляд?
— Прежде всего волну гонят ультрарелигиозные и антисионистские образования и партии. Они ведут эту политику консолидированно и сознательно.
— Ваш прогноз: будет ли отменен пункт о внуках в Законе о возвращении?
— Учитывая влияние Дери и Яадут ха-Тора на это правительство, думаю, они сделают все, чтобы добиться своей цели. У меня остается надежда лишь на то, что вменяемые депутаты от партии Ликуд, которые сохранили хоть немного либеральности, сделают что-то, чтобы этого не произошло. Юлий Эдельштейн уже заявил, что проголосует против изменения Закона о возвращении, надеюсь, что найдутся и другие.
— Есть и другие проблемы, которые повисли в воздухе. Например, когда репатриантам из России и Украины не открывают счета в банках или не позволяют перевести деньги из стран исхода. И речь ведь идет не об олигархах, а о простых людях со скромными сбережениями…
— В прошлом правительстве и я, и Авигдор Либерман в качестве министра финансов пытались решить этот вопрос: собирали руководство банков, приглашали контролера над банками и пр. Но сегодня на государственном уровне этим никто заниматься не хочет. Разве что сумеет что-то решить Одед Форер, возглавляющий комиссию по алие и абсорбции и действительно разбирающийся в этих проблемах как бывший гендиректор министерства. Но этот инструмент — фактически единственный, в правительстве эти вопросы никому не интересны. Разумеется, очень важны здесь общественная поддержка, резонанс в СМИ.
— У вас наверняка имеется немало контактов в странах бывшего СССР. Поступают ли к вам обращения от людей, которые не понимают, что происходит в Израиле в последнее время, и решают отложить репатриацию, чтобы выждать и посмотреть на дальнейшее развитие событий?
— У меня есть довольно активный телеграм-канал, через который обращается огромное количество людей с различными вопросами. И да, вопросов стало гораздо больше. Люди хотят знать, не изменится ли подход к репатриации и репатриантам. Причем вопросы бывают достаточно конкретными: что будет с Законом о возвращении, стоит ли им срываться и ехать сейчас или лучше подождать.
Нельзя забывать, что люди там сейчас находятся в стрессовой ситуации, так что возникает и серьезная гуманитарная проблема. А мы, как еврейское государство, не имеем права чинить препятствия людям, имеющим право на репатриацию. Я боюсь себе даже представить, что будет делать Ави Маоз, когда начнет вплотную контролировать Бюро по связям со странами бывшего СССР («Натив»). Будет ли он урезать ставки консулов, чтобы уменьшить поток репатриантов из «неудобных» стран?
Надо понимать, что в вопросах выдачи виз на репатриацию «Натив» подчиняется министерству внутренних дел. А ведь мы знаем, что де-факто им управляет Дери, и иллюзий по поводу главы ШАС и его отношения к русскоязычным репатриантам уже ни у кого давно нет.
— Но Дери возглавляет МВД не впервые…
— Это так, но до этого палки в колеса, которые ставил Дери, можно было компенсировать количеством и профессионализмом консулов на местах. И если количество консулов будет сокращено, это очень сильно ударит по работе структуры.
— Про политику мы поговорили, давайте теперь про юридическую реформу правительства с учетом вашего опыта как главы финансовой комиссии кнессета. Насколько угрозы отдельных компаний вывести финансовые активы из Израиля могут ударить по нашей экономике?
— Начнем с определений: то, что все называют «юридической реформой», — это все что угодно, но не реформа. На деле это не более чем маневр, чтобы решить уголовные проблемы Нетаниягу и назначить Дери министром — вот и все. Все прочие усилия по изменению баланса между ветвями власти тоже направлены на эту же цель.
В прошлом Нетаниягу всегда выступал в защиту Верховного суда, а попытки приструнить БАГАЦ были и раньше. Но ситуация изменилась, у Нетаниягу — три обвинительных заключения. Его главный партнер, или, как он сказал сам, «брат» Арье Дери не может быть назначен министром. Поэтому вся суть их «героической борьбы» с БАГАЦем — личные интересы. Ради этого они готовы изменить всю структуру власти в стране.
— Но как это может повлиять на экономику?
— Любой иностранный бизнесмен, размышляя об инвестициях в любой стране, не только в Израиле, прежде всего начинает с проверки независимости местной юридической системы. Потому что инвесторы хотят знать, что их деньги защищены. Прежде всего — от тех или иных решений правительства.
— Например?
— Предположим, что какой-то инвестор решил вложить крупную сумму в некую сферу бизнеса. А завтра местное правительство сообщает, что решило экспроприировать именно этот сектор. В любой нормальной стране человек может обратиться в суд, утверждая, что это решение несостоятельно. Суд, соответственно, может принять решение о защите этого бизнесмена, причем прецеденты уже были, в том числе в Израиле.
Но в рамках реформы глава минюста Ярив Левин мечтает об отмене понятия юридической несостоятельности (илат ха-свирут) — с одной стороны. А с другой — политики сами будут назначать угодных им судей согласно той же реформе. Как же поступят инвесторы? Независимо от их политических взглядов бизнес для них — это исключительно бизнес, не сантименты и не политические игры. Они скажут: если я могу получить ту же прибыль в другом государстве — я это сделаю там с меньшим риском.
— Это касается и сферы хайтека?
— Конечно. На эту долю рынка ведь имеется немало претендентов в мире. К примеру, основной конкурент Израиля в последние 15-20 лет в этой сфере — Ирландия, которая очень сильно развивается именно в этом направлении. Какое же решение примет инвестор, решающий, куда ему лучше вложить деньги, если он знает, что в Ирландии — нормально функционирующая судебная система, а в Израиле происходит вообще непонятно что? Естественно, деньги будут вложены в Дублин, а не в Иерусалим.
— Но это все на уровне макро. А есть ли опасности для простых граждан?
— Конечно же есть. В Израиле десятки миллиардов шекелей вкладываются именно в хайтек. Область высоких технологий приносит стране около 80% общей суммы налогов. Если хайтек начнет сокращаться, уменьшится и количество налогов. У правительства будет тогда только два выхода: увеличить поборы с населения или сократить услуги и их качество — медицинские, образование, транспорт и так далее. В любом случае речь идет об ударе по простым гражданам.
— Можно ли рассчитывать на то, что Нетаниягу удовлетворит свои интересы — и юридическая реформа на этом остановится? Есть прогнозы, говорящие о том, что правительство проведет реформу в первом чтении, а потом отложит ее в долгий ящик.
— Проблема в том, что Нетаниягу — не единственный игрок. У ортодоксов тоже имеются в этом деле четкие интересы. Сегодня суд не готов утверждать законы, содержащие дискриминацию той или иной группы населения. А Яадут ха-Тора мечтает об Основном законе об изучении Торы. Этот закон, освобождающий ортодоксов от службы в армии, несет дискриминационный характер по отношению к другим группам населения, которые служить обязаны. Сейчас это может остановить суд. После юридической реформы — уже нет.
И меня всегда забавляют аргументы типа «а вот в Америке судей назначают политики». Это так. Но в США есть Конституция, для изменения которой нужно согласие всех штатов. Свои серьезные ограничения есть и в британской политике, и в любой другой западной демократии. В Израиле ситуация иная. Поэтому все эти «удобные» отговорки — не более чем попытка пустить пыль в глаза.
— Возникает традиционный вопрос — что делать? Что, на ваш взгляд, можно изменить?
— Оппозиция в кнессете делает максимум, чтобы остановить или затормозить процессы. Кроме того, мы пытаемся объяснить гражданам, что происходит и каковы подлинные намерения этого правительства. Я надеюсь, что на следующих выборах (не знаю, правда, когда они будут) наш народ проявит большую рациональность и не даст ввести себя в заблуждение красивыми обещаниями, за которыми ничего не стоит.
Справка «Вестей»: Алексу Кушниру 44 года. Он репатриировался из Украины в 14-летнем возрасте. В армии служил в бригаде «Гивати», принимал участие в военных операциях. Демобилизовался в звании капитана, после этого 5 лет проработал в Службе общей безопасности (ШАБАК). Далее Кушнир занялся частным предпринимательством, а позже — общественной деятельностью. Он закончил экономический факультет Еврейского университета в Иерусалиме и получил вторую степень по менеджменту в академическом колледже Оно.
Кушнир возглавлял представительство «Джойнта» в Белоруссии, затем руководил работой Бюро по связям и был назначен гендиректором министерства абсорбции. В 2019 году стал депутатом кнессета XXII созыва от партии Наш дом — Израиль. В кнессете XXIV созыва возглавлял финансовую комиссию. В настоящее время руководит работой стратегического штаба НДИ.

Посмотреть также...

Госконтролер потребовал от Нетаниягу предоставить документы для проверки

06/18/2024  13:03:22 время публикации: 18 июня 2024 г., 12:48 | последнее обновление: 18 июня 2024 …