Клоун в перьях

Реклама

01/20/2023  11:53:13

В армии дрессировал почтовых голубей, а после стал знаменитым на весь мир клоуном. Сейчас 86-летний Сами Мольхо учит языку тела миллионеров.

В детстве Сами Мольхо говорил на иврите с отцом, на ладино – с матерью, на идише – с бабушкой. Сейчас он в основном говорит по-немецки и уже 40 лет преподает еще один язык – язык тела. Некогда знаменитый мим, уступавший в популярности разве что великому Марселю Марсо, ушел со сцены на пике карьеры. Но вместо того чтобы зарабатывать на былой славе, он поднялся еще на одну вершину. Сегодня Сами Мольхо – признанный мировой эксперт по невербальной коммуникации. Он написал более десятка бестселлеров и успешно учит политиков, врачей, бизнесменов располагать людей к себе без единого слова.

 

 

В 2009 году незадолго до парламентских выборов в Германии один немецкий журналист спросил у Сами Мольхо, как он оценивает федерального канцлера и видит ли прогресс. «Ангела Меркель сначала держалась так, будто у нее в руках картонная коробка. Ее руки двигались параллельно, что отражало прямолинейное, прагматическое мышление. Сейчас ее руки стали двигаться сложнее и находятся на разной высоте. На мой взгляд, сыграл роль опыт международной политики, где нельзя мыслить простыми категориями». Вскоре после этого интервью Меркель одержала победу на выборах и осталась на посту канцлера на следующий срок. Сыграл ли в этом роль язык тела? С точки зрения Сами Мольхо – определенно. По положению рук, осанке, жестам он может определить, говорит ли политик правду, открыт ли он, расположен ли он слушать или, напротив, готов требовать.

 

 

Сам Мольхо владеет языком тела в совершенстве. Он начал его изучать в десять лет, когда решил посвятить себя пантомиме. В детстве Мольхо мечтал стать театральным актером, но путь к большой сцене преграждало серьезное препятствие – дислексия. Мальчику с трудом давалось чтение, он плохо запоминал тексты: «Когда требовалось объяснить, что поэт хотел сказать в своем стихотворении, я с легкостью отвечал на вопрос. Но когда меня просили прочитать с листа, я начинал импровизировать».

Детство Сами, который родился в 1936 году в Тель-Авиве, прошло в Керем а-Тейманим, знаменитом квартале «Йеменский виноградник». Он появился еще до того, как был основан сам Тель-Авив, что наложило отпечаток на уклад местной жизни. «Мне незачем было ходить в синагогу в шаббат, – шутит Сами. – В двух шагах от нашего дома было целых три синагоги, и в субботу я слышал пение, даже не вставая с постели».

 

 

Сами не очень любил строгих наставников в хедере – общение с ними выльется в отторжение ко всему ортодоксальному. Зато ему нравились истории из Танаха, и он обожал отвечать на вопросы по их содержанию. «Это было очень весело, – вспоминает Мольхо. – Что-то вроде кроссворда». Вскоре Сами решил, что хочет рассказывать собственные истории. А если из-за дислексии не получится стать актером и рассказывать их словами, значит, нужно делать это без слов! «В Талмуде сказано, что все лишние разговоры плохи, а всякое молчание хорошо. Мудрый человек знает, когда молчать, а когда говорить», – объяснял позднее свой выбор Сами.

 

 

Так с десяти лет Сами начал учиться танцам – классическим и современным, восточным и европейским. В 16 лет он уже танцевал в кордебалете на театральных сценах Иерусалима, а четыре года спустя стал солистом театра современного танца в Тель-Авиве. Правда, карьеру пришлось прервать, когда Сами призвали в армию. Мольхо попал в небольшое подразделение, которое подчинялось разведке и работало с почтовыми голубями. В регионы, где радиосвязь была запрещена из-за риска перехвата, отправляли птиц. «Я знал в лицо каждого голубя, – вспоминает Сами, – знал, кто какие зерна любит». Но и в армии Сами занимался танцами, чтобы не потерять форму: он упражнялся по вечерам после отбоя. Некоторые смотрели на него как на чудака, но не более того. «Меня спас скрипач, который служил в нашем отряде, – смеется Сами. – Он тоже упражнялся по ночам, и эти занятия нравились сослуживцам гораздо меньше».

 

 

Уже после армии Сами случайно открыл для себя пантомиму. Летом 1958 года молодые актеры подрабатывали выездными представлениями в отелях и кибуцах – концерты оплачивал профсоюз. Сами ездил с труппой театра «Камери» и выступал в массовке. Однажды актер, который должен был импровизировать соло, по какой-то причине выбыл из строя, и менеджер предложил Сами занять его место. Тот сказал, что не знает номера. Менеджер ответил, что и знать ничего не нужно: «Просто расскажи пару анекдотов, потом выступи с монологом, а под конец покажи пантомиму». Сами согласился. К его собственному удивлению, концерт прошел успешно, а главные овации сорвала пантомима. Мольхо попросили выступить на следующий вечер, потом еще раз. Слухи о талантливом актере быстро расползлись, и публика стала приходить ради его пантомимы.

 

 

Лето прошло, с подработки Сами вернулся в театр к своим танцам, и возможно, на этом бы все и закончилось, если бы через год в Израиль на гастроли не приехал Марсель Марсо. «В то время было неслыханно, чтобы кто-то показывал полную вечернюю программу, состоящую из одной пантомимы, – вспоминает Сами Мольхо. – Я смотрел его выступление с открытым ртом. Он творил атмосферу в зале, играл как дышал. И тогда я сказал себе, что попробую добиться того же самого».

Сами ушел из танцев и начал выступать с пантомимой, тем более что опыт у него уже был. Успех пришел довольно быстро, и восходящей звезде в Израиле стало тесно. Он начал ездить на гастроли в Европу – в первую очередь в Австрию и Германию. Это чуть не стоило Мольхо не только карьеры на родине, но и израильского паспорта. Впервые Сами выступил в Германии в 1962 году, а официальные дипломатические отношения между нею и Израилем были установлены только в 1965 году. Но даже после того как они появились, в Израиле по понятным причинам еще долго жило недоверие и отторжение всего немецкого. Поэтому гастрольные поездки Мольхо в Германию израильтяне восприняли в штыки, а многие его поклонники превратились в гонителей.

 

 

Сам Мольхо считал, что, выступая за границей, в том числе в известных немецких и австрийских театрах, приносит Израилю славу. Тем не менее на него обрушился шквал критики. «Это было ужасно, – вспоминает актер. – Меня бойкотировали, даже устраивали нападения, грозили, что отнимут израильское гражданство. Однажды меня пригласили на израильский театральный фестиваль, куда я ездил не раз. Но журналисты выступили против. Организаторы тогда хотели отменить мое выступление, но в итоге оно все же состоялось. Я был настолько расстроен и обижен, что уже и сам подумывал отказаться от израильского паспорта. Но в итоге не пошел на этот шаг. Меня считали предателем страны, но я не предал Израиль».

Вскоре Мольхо объездил с гастролями не только Германию и Австрию, но и всю Европу, а потом и весь мир. С известностью критика постепенно сходила на нет, и когда в конце 1960-х Сами переехал в Австрию, его уже никто не называл предателем родины. Он получал предложения от ведущих австрийских и немецких театров теперь уже не только как актер, но также как режиссер и хореограф. Мольхо ставил балетные спектакли в венском Бургтеатре, берлинском Театре Шиллера и на многих других мировых сценах.

 

 

В 1978 году он женился на Хайе Хайнрих, которая была на 19 лет младше него. Хайя, как и Сами – уроженка Тель-Авива, но познакомились они в Германии, в Бремене. Первые семь лет после свадьбы Хайя сопровождала Сами на гастролях, а потом забеременела первым сыном. И тогда знаменитый мим решил оставить сцену, чтобы полностью посвятить себя семье. «Это было совершенно осознанное решение, – подчеркивает Сами. – Я ездил по всему миру и часто не бывал дома по три-четыре месяца подряд. Но дети – не чемоданы. Создав семью, я хотел видеть, как растут мои дети. Хотел быть отцом, а не гостем у себя дома. Поэтому я решил уйти из пантомимы».

В 1987 году состоялся прощальный мим-тур Мольхо по Лихтенштейну, Швейцарии, Германии, Израилю и Австрии. Таково было завершение блестящей карьеры из примерно 2000 выступлений в 60 с лишним странах. Языком тела Мольхо стал заниматься еще раньше – несколько его книг вышли еще в начале 1980-х. Теперь же он взялся за него вплотную: вел семинары, консультировал бизнесменов и политиков.

 

 

Четверо сыновей Сами даже не представляли, что их отец – знаменитый мим. Младший его сын Надив стал актером и сейчас играет в Голливуде. Но о сценическом прошлом отца он узнал уже взрослым, когда начал всерьез изучать актерское мастерство. «Папа не выступал даже на детских праздниках, – рассказывает Надив Мольхо. – К нам всегда приглашали наемных клоунов, и во время их представлений он неизменно выходил из комнаты. Теперь я понимаю, что он просто не хотел их смущать».

Вторая карьера Сами Мольхо оказалась не менее успешной, чем первая. Он написал около двух десятков книг, ставших бестселлерами, и до сих пор ведет семинары, хотя ему уже 86. В 2021 году вышла очередная книга Сами Мольхо – «Территория повсюду», и на пенсию он пока не собирается. «Кто сказал, что у человека есть только один талант? – говорит Сами. – Вы можете выбрать одно, потом другое. Но не потому, что первое не работает, а потому, что у вас поменялась цель. Отказ – не обязательно неудача. Каждый путь куда-то ведет, но если ты больше не хочешь туда идти, просто найди другой путь».

Посмотреть также...

Казус Дери и холодная война вокруг юридической реформы. Итоги политической недели

01/20/2023  09:52:27 время публикации: 20 Января 2023 г., 08:01 | последнее обновление: 20 Января 2023 г., 08:01 Редакция …