Главная / "Ришон ЛеЦион" / Выбор между «нашим домом» и «их домом». Интервью с Авигдором Либерманом
Авигдор Либерман Flash90. Фото: А.Паруш

Выбор между «нашим домом» и «их домом». Интервью с Авигдором Либерманом

09/13/2019  13:15:37

Одной из центральных фигур на выборах в Кнессет 22-го созыва является глава партии «Наш дом Израиль» Авигдор Либерман. Он не присоединился к правительству после апрельских выборов, и в значительной степени от его решения зависит, какая коалиция будет создана после выборов 17 сентября.

В интервью NEWSru.co.il Либерман подводит итог предвыборной кампании, говорит об условиях присоединения к будущему правительству, об отношении его семьи к кампании НДИ и о возможных провокациях на выборах.

 

 

Беседовал политический обозреватель NEWSru.co.il Габи Вольфсон.

 

Три месяца тому назад вы отказались входить в коалицию. Фактически, из-за этого мы сейчас идем на второй круг выборов…

Хочу вас поправить.

Простите, позвольте сформулировать вопрос. Это то, что произошло. В итоге, сейчас – знаете, как Шамир говорил «море – то же самое море, арабы – те же самые арабы» – так Кнессет тот же самый, «харедим» те же самые. Вопрос: оно того стоило?

Я думаю, вы абсолютно неправы. Не могу согласиться ни с одним словом вашего вопроса. Во-первых, мы пошли на выборы, поскольку в декабре месяце Нетаниягу подал закон о роспуске Кнессета. Не было никакого даже вотума недоверия с нашей стороны.

Я говорю про эти выборы.

Секунду. В декабре мы пошли на выборы, поскольку Нетаниягу решил, что ему это удобно, и 9 апреля состоялись выборы.

Не потому, что вы вышли из коалиции в ноябре?

Нет. У него было большинство. И у него были договоренности с арабскими партиями. Когда было нужно, те выходили… Понятно, что это было чисто его решение. Кроме того, я же вошел только в середине каденции в коалицию, которая существовала уже больше года без меня. Когда пошли на выборы 9 апреля, всем было ясно – мы говорили до начала предвыборной кампании и во время переговоров – что никакого компромисса по вопросу закона о призыве учащихся иешив не будет. Нетаниягу утверждал то же самое перед выборами – что закон хороший, что он взвешенный, и мы его проведем во втором и в третьем чтении. После выборов он мне сообщил: Лицман не согласен, его гурский ребе против. Я говорю: «Чего ты хочешь от меня? Мы провели его в первом чтении, ты голосовал вместе со мной, ты хвалил этот закон. Дави на Лицмана». Он отвечает: «Нет, я не могу давить на Лицмана». Я говорю: «Не рассчитывай на то, что я в этом вопросе уступлю хотя бы на миллиметр». Но Нетаниягу, как всегда, капитулировал перед «харедим». И поэтому мы на выборах. Вы спрашиваете: «Стоило ли это того?»

Это главный вопрос.

Я думаю, что, безусловно, стоило. Мы прикинули стоимость коалиционных соглашений между «Ликудом», ШАС и «Яадут а-Тора». По нашим оценкам, это, как минимум, девять миллиардов шекелей. Так что, даже если выборы обойдутся в три (миллиарда), то мы сэкономим шесть.

Для вас, для НДИ, это стоило того?

Для НДИ очень важно, что, когда есть принципиальные позиции, и ты говоришь, что по такому-то вопросу не будет никаких уступок и компромиссов, надо идти до конца и держать слово.

Во-вторых, я думаю, что во время этих выборов многое прояснилось из того, о чем мы говорили во время предыдущей предвыборной кампании.

Например?

Например, что партия, которая называется «Ямина», это просто мессианская партия. Министр образования Рафи Перец говорит, что его мечта – превратить израильские университеты в школы для пророков. И когда ты видишь, что были мобилизованы к 1 сентября семь учителей физики и 477 учителей по иудаизму, то понимаешь, что есть тут серьезный крен. Это не совсем было ясно накануне предыдущих выборов. Но сегодня это уже абсолютно ясно, очевидно. Напомню о нашем министре транспорта (Бецалеле Смотриче), который заявил о том, что его задача в том, чтобы вернуть Израиль во времена царя Шауля и Давида…

Его мечта, не задача.

Да, его мечта – вернуться к законам Торы.

Поясню, что я имею в виду. Ведь после выборов они никуда не денутся. Они здесь.

Нужно не допустить их к власти. Поскольку все их предложения бьют по светскому населению, по русскоязычным гражданам. Две недели назад я читал большое интервью с Моше Гафни в «Макор Ришон». Его спрашивают: «Что ты предлагаешь для сокращения дефицита бюджета?» Он отвечает, что никаких сокращений бюджета не будет. «Мы повысим налоги». Естественно, весь электорат Гафни вообще налогов не платит. Платят те, кто работают, те, кто служат в армии, те, кто ходят на резервистские сборы, – они платят налоги. Повысить налоги для того, чтобы Гафни мог продолжать получать бюджеты на инспекторов по кашруту?

Иными словами, цель этих выборов для вас – не допустить к власти «Яадут а-Тора» и иже с ними?

Мы говорим о том, что ни при каком раскладе не войдем в коалицию с ортодоксами и этой мессианской частью «Ямина».

Вы с самого начала предвыборной кампании говорили о том, что ваша задача – светское правительство национального единства с «Ликудом» и «Кахоль Лаван». Сейчас «Кахоль Лаван» декларирует то же самое. Можно считать, что есть блок, который будет вести переговоры?

Нет никакого блока. Я рад, что они адаптировали нашу позицию, наш подход. Вместе с тем я абсолютно не полагаюсь на «Кахоль Лаван». Еще недавно Бени Ганц говорил о том, что он пошлет чистый лист, подписанный им, ортодоксам – пускай впишут всё, что они хотят – две трети листа их, треть его. Потом он говорил, что готов на правительство с Биби при условии, что будет ротация…

Это он и мне сказал в недавнем интервью. А вы не готовы на правительство с Нетаниягу?

Абсолютно готовы. Но мы не перескакиваем с одной позиции на другую.

…Потом Ганц заявил, что он хочет правительство светское, без «харедим». Потом он поправил себя, пояснив, что это только на первой стадии. На второй, на третьей, на четвертой… Так что я на них абсолютно не полагаюсь. У Ганца всё зависит от того, рядом с каким ухом ему задают вопрос. Поэтому я не полагаюсь на них. Мне ясно, что «Кахоль Лаван» сразу после выборов развалится.

Почему?

Мы видим: там нет никакого общего знаменателя. Мы видим напряженные отношения между Лапидом и Яалоном. Мы слышим про какие-то совершенно безумные внутренние расследования. Слышали две абсолютно, диаметрально противоположные реакции Лапида и Ганца на наши операции на севере.

Но ведь вам придется кого-то порекомендовать президенту.

Мы говорили об этом много раз. 18-го числа, после того, как будут опубликованы результаты выборов, тот, кто скажет, что он поддерживает идеи широкого национального либерального правительства, мы его порекомендуем.

Ганц. Нет вопросов.

Если не будет вопросов, значит будем рекомендовать его. Но я думаю, что основной вопрос вы все-таки формулируете неправильно.

Почему?

Потому что основное – это не выбор между Ганцем и Нетаниягу.

А между кем и кем?

А между «Наш дом Израиль» и их домом – ШАС, «Яадут а-Тора», Смотрич и иже с ними.

Но, судя по всему, не вы будете формировать правительство.

Наша задача в том, что бы навязать нашу волю правительству, о котором я говорю – и Нетаниягу, и Ганца.

Вы говорили в начале этой предвыборной кампании, что ваша предпосылка состоит в том, что «Ликуд» и «Кахоль Лаван» не наберут вместе 61 мандат.

Я в этом абсолютно уверен и сейчас. Но всё будет зависеть от активности голосования – от того, сколько процентов светского населения и традиционного придут к избирательным урнам. При низкой явке ортодоксы могут получить не 16 мандатов, а 19-20. И Итамар Бен-Гвир может пройти электоральный барьер.

А Итамар Бен-Гвир тоже для вас неприемлем как партнер?

Абсолютно. Он еще больший радикал по религиозным вопросам, чем ультраортодоксальные партии.

То есть еще более, чем Смотрич?

Не думаю, что еще более, чем Смотрич, но явно более, чем Гафни и Дери…

Мы говорим четко. То есть у нас есть одна-единственная возможная конфигурация: мы не войдем ни в какую коалицию ни с Объединенным арабским списком, ни с МЕРЕЦ, которые теперь именуют себя «Демократическим лагерем»…

С «Аводой»?

«Авода»? Возможно. Шакед и Беннет могут быть партнерами. Абсолютно ясно, что сразу после выборов и партия «Ямина» разваливается… Шакед говорит, что у них технический блок, три партии различные.

Итак, еще раз: вы исходите из того, что «Ликуд» и «Кахоль Лаван» не наберут вместе 61 мандат.

Более того, я уверен, что, даже если они наберут, то не смогут договориться.

И что тогда?

Я думаю, что ни у Нетаниягу, ни у Ганца по отдельности не будет коалиции большинством в 61 мандат. И тогда мы сможем навязать свой вариант правительства.

Единственно, что является препятствием к такому правительству, это присутствие Биньямина Нетаниягу и отказ «Кахоль Лаван» находиться с ним в одной коалиции.

Не думаю. В интервью вам Ганц говорил, что он готов, если он будет первым. А значит это уже не принципиально… Если мы наберем достаточное количество, у нас будет достаточно рычагов, чтобы навязать и «Ликуду», и «Кахоль Лаван» именно такое правительство.

Любая другая конфигурация – и вы в оппозиции?

Любая другая для нас неприемлема. Более того, если, не дай бог, будет создано узкое правительство – неважно какое, Нетаниягу или Ганца – оно будет абсолютно неспособно справиться с теми проблемами, с которыми мы сталкиваемся сегодня и которые нужно срочно решать, ни в плане экономики, ни в плане безопасности, ни в плане солидарности нашего общества. Это будет правительство, которое будет заниматься еженедельным выживанием, бороться с вотумами недоверия…

Вы сказали в интервью «Едиот Ахронот», была уже публикация на Ynet, что «выборы решены», что есть 62 мандата у правого лагеря.

На сегодняшний день это, к сожалению, не имеет никакого отношения к правому лагерю. Нельзя называть Биньямина Нетаниягу правым… И я сказал не так, я сказал, что вырисовывается такая картина: при низкой активности светского населения, при низкой активности русскоязычных граждан, Нетаниягу и его коалиция «харедим», мессианская ортодоксальная коалиция сможет набрать 61-62 мандата. Это результаты, которые мы получим, если активность будет ниже, чем на предыдущих выборах.

Еще до выборов вы озвучили длинный список ваших коалиционных требований. Можете ли вы из этого списка выделить что-то, без чего вы точно не согласитесь войти в коалицию?

Безусловно, мы не сможем на 100% добиться принятия всех наших требований. Но мы надеемся реализовать 70-80% из того, что было опубликовано. В ряду таких требований: не обсуждается повышение минимального дохода для всех пенсионеров до 70% от минимальной заработной платы. Не обсуждается строительство пяти тысяч единиц социального жилья. Не будет обсуждаться вопрос министерства здравоохранения и реформы в этой сфере…

Вы имеете в виду назначение Леонида Эйдельмана на пост министра здравоохранения.

Да.

И вопрос о законе о призыве учащихся иешив не будет обсуждаться.

В том же виде?

Включая все точки и запятые.

Требование об изучении основных общеобразовательных предметов в ультрарелигиозных школах?

Не будет даже обсуждаться.

Понятно. С самого начала предвыборной кампании вы обвиняли Нетаниягу в том, что он сотрудничает с «харедим».

Нет. Он просто их заложник. Сотрудничает он активно с арабскими партиями.

Приведите пример.

Месяц назад я прочитал статью в «Исраэль а-Йом», автором которой был указан Нетаниягу. Он пишет, что ни при каких обстоятельствах не откажется от союза с ортодоксальными партиями. Значит каждый должен понимать: голосуя за «Ликуд» он автоматически голосует за Дери на посту министра внутренних дел, за Лицмана на посту главы министерства здравоохранения, за Рафи Переца на посту министра просвещения.

Другой пример. Года полтора назад в правительстве возник спор о гиюре… Вдруг заговорили о замораживании «компромисса Щаранского» по Стене Плача и том, что отменяются принятые ранее правила гиюра. Был большой скандал. Мы подали апелляцию в министерскую комиссию. Нам удалось это остановить. Потом мы согласились на компромиссное решение на назначение комиссии по гиюру во главе с Моше Нисимом. Нисима трудно обвинять в том, что он ненавидит «харедим», он ходит в черной кипе, сын бывшего главного раввина Израиля. В июле 2018 года Моше Нисим положил на стол Нетаниягу выводы комиссии… Я ему говорю: давай рассмотрим предложение Нисима на заседании правительства. «Лицман не хочет, «харедим» против». Я говорю: мы вроде бы обо всем договорились, и все согласились с тем, что мы примем выводы (комиссии) Нисима. Таким было твое обязательство, давай проголосуем. Он до сих пор это не поставил на голосование… То же самое с Котелем, с предложением Щаранского. Два человека его разрабатывали, Натан Щаранский (на тот момент глава «Сохнута») и Авихай Мандельблит (юридический советник главы правительства). Обоих трудно обвинить в том, что они антирелигиозные, что они ненавидят ортодоксов. И самое смешное, что Нетаниягу голосовал за предложение Щаранского и Мандельблита.

Ему нужны «харедим» в коалиции, он не хочет с ними ссориться. Это базисно.

Он их заложник. Точка.

Но и вы долгое время были их союзником.

Безусловно. Пока мы могли сохранять статус-кво, не было никаких проблем. Мы не против «харедим». Для нас главное – базовый принцип: живи и давай жить другим. Я буду первым, кто выступит против открытия магазинов по субботам в Бней-Браке. Но я не готов, чтобы они закрывали магазины по субботам в Ашдоде или в Тель-Авиве, которые были открыты десятки лет. Моя жена абсолютно религиозная женщина, мои внуки ходят в религиозные школы, мои дети в них ходили. Мы прекрасно уживаемся. Двое сыновей моих – болельщики иерусалимского «Бейтара». То есть в пятницу мы делаем кабалат шаббат, читаем недельную главу Торы, а в субботу утром я еду играть в теннис. Если нет выборов. Если есть выборы, то есть «Шаббат тарбут», к сожалению. Дома мы едим только кошерное. Вне дома я ем всё, что вкусно – иногда кошерное. И у нас всё поселение такое. Поэтому в Нокдиме есть и ортодоксы, и вязаные кипы, и светские.

Как ваша жена относится к вашей предвыборной кампании?

Как всегда. Мы придерживаемся тех же принципов, которых всегда придерживалось сионистское движение, ревизионистское. Хочу напомнить, что и Герцль, и Нордау, и Пинскер были абсолютно светскими людьми, и либералами. Ездили по субботам и иногда ели кошерную пишу. То же самое – Жаботинский. Трумпельдор по-моему вообще никогда не ел кошерную пищу. В царской армии по-видимому не было кашрута… Мы продолжаем ту же линию. Нет никаких проблем. Пускай каждый живет, как он хочет. Нельзя навязывать другому свою волю.

А как Нетаниягу сотрудничает с арабскими партиями?

Давайте начнем с того, кому выгодна сегодня вся эта возня с видеокамерами. Этот закон, прежде всего, выгоден Нетаниягу и арабам. Это мобилизует их электорат. Более того, Нетаниягу тут, безусловно, обманывает избирателя. Мы говорили о том, что будет единый подход ко всем избирательным урнам, во всех регионах и во всех секторах. То есть мы хотим видеокамеры и в арабском секторе, и в ортодоксальном секторе, и в Гуш-Дане, и в Гуш-Эционе. Нам говорят: нет, каждая партия будет решать – где она захочет. Это примерно так же, как желать бить одиннадцатиметровый и одновременно быть вратарем.

Ну, они пошлют куда-то, вы пошлете куда-то…

У нас нет такого количества наблюдателей и таких денег. У них 39 мандатов, у нас сейчас пять мандатов. Инициатива Нетаниягу направлена на то, чтобы сорвать выборы. Давайте представим, что Итамар Бен-Гвир пошлет своих наблюдателей в Умм эль-Фахм, или арабские партии, или МЕРЕЦ пошлют – в Кирьят-Арбу или в еврейский квартал Хеврона. Наш подход состоял в том, что наблюдать должен Центризбирком, а не партии. И мы выступали за единый подход – и географический, и секториальный.

Но то, о чем вы говорите, не прямой союз с арабами.

Мы говорим о фактах. В июле было большое интервью Мики Махлуфа Зоара на «Галей ЦАХАЛ», где он рассказывал, как они сотрудничали (с арабами) сразу после выборов… Во-вторых, мы читали две большие статьи главного политического серого кардинала Нетаниягу – Натана Эшеля (одна была в газете «Гаарец», другая – в «Макор Ришон») – о необходимости союза межу арабскими партиями и «Ликудом». Мы публиковали несколько роликов – Нетаниягу с Арафатом, Нетаниягу с Тиби – это далеко не первый пример сотрудничества.

Но ведь и когда Нетаниягу делает заявления правого толка, вы не поддерживаете его. Он пообещал аннексировать Иорданскую долину…

Ну, ясно. Он будет аннексировать Иорданскую долину после того, как он аннексирует поселение Элькана, после того, как он проведет операцию в секторе Газы – и всё это после его следующей встречи с Борисом Ельциным.

Нельзя настолько обманывать людей и нельзя настолько заниматься самообманом. Есть знаменитый ролик Нетаниягу накануне выборов 2009 года, на въезде в Ашкелоне, где он говорит: такого больше не будет, ни одной ракеты…

Но вы были в правительстве в 2009 году…

Секунду. Посмотрите на коалиционное соглашение, которое он заключил тогда с НДИ. Там была «ликвидация власти ХАМАСа» в Газе… Много лет мы пытались изменить ситуацию изнутри. В последней коалиции Нетаниягу подписал, громогласно обещал поддержать закон о смертной казни террористам. И он сделал всё, чтобы торпедировать этот закон. Нет никакой связи между тем, что он обещает, и тем, что он сделает.

Нетаниягу был тем человеком, который отдал Хеврон Арафату…

Давайте разберемся: у него была возможность не отдавать?

Конечно, была!

После «Осло»?

Конечно!.. Я тогда был гендиректором (министерства главы правительства) и сказал ему: «Ты не можешь отдавать». В отличие от него, я не ходил ни разу на встречи с Арафатом, не готов был с ним близко сидеть. Было большое давление внутри правительства. Я сказал ему: «Ты можешь не отдавать». Он решил – отдавать. Нетаниягу был тем, кто проголосовал в Кнессете за изгнание поселенцев из Гуш Катифа. Он торпедировал закон о смертной казни (террористам). Он был инициатором «сделки Шалита», в результате которой освободили 1027 террористов. Он был инициатором извинений перед Эрдоганом – я голосовал, естественно, против. И он был тем, кто решил выплачивать ежемесячную дань террористам из ХАМАСа, на сегодня это 30 миллионов долларов в месяц.

Он утверждает и в интервью нам утверждал, что эти деньги переводились и при вас тоже.

Он утверждает разное. Может утверждать, что он встречался с Борисом Ельциным.

Не было?

Конечно, не было.

То есть просто врет?

Не в первый раз… Нетаниягу переводит это всё в личное русло.

Два года мы разрабатывали программу «Защита севера». Угроза с севера намного серьезней, чем с юга, там принципиально другое количество ракет, другая их мощность. Более того, на севере есть угроза землетрясений. Было составлено два отчета госконтролера. Мы разработали эту программу, утвердили ее на заседании кабинета. Потом я ушел из правительства, и вдруг эту программу заморозили. А потом я слышу интервью Габи Неэмана, члена «Ликуда», главы местного совета Шломи (около северной границы), который говорит: то, что программу заморозили, это безответственно, это безобразие, мне сказали высокопоставленные армейские офицеры, что заморозили потому, что Нетаниягу сказал, что это программа, разработанная Либерманом. Это полное безумие.

То же самое с другим моим решением – перевести центральную базу военной разведки на юг, в Негев. Что мы тоже утвердили на заседании правительства. И решение это было обосновано тем, что нынешняя база военной разведки не выдержит массированной бомбардировки, не сможет обеспечить связь. Во-вторых, перенос базы в Негев создает тысячу рабочих мест для гражданских, которые эту базу будут обслуживать. Речь шла о создании коммуникационной структуры, которая позволила бы создать настоящую «силиконовую долину» в Негеве. Всё это было разрушено.

В правом лагере вас обвиняют в том, что вы приводите к власти левое правительство. Эти обвинения звучат по всему правому спектру – от Нетаниягу до Шакед.

Во-первых, Нетаниягу не имеет никакого отношения к правому лагерю. Мы уже об этом говорили: от передачи Хеврона Арафату, голосования за изгнание евреев из Гуш-Катифа, до выплаты дани террористам. Вообще, когда человек, который живет в Кейсарии, обвиняет человека, который живет в Нокдим, в том, что он левый, он себя ставит в позицию клоуна. Что же касается Шакед и остальных… знаете, я думаю, что у них есть травма, связанная с тем, что они один раз уже не прошли электоральный барьер, не сумели переизбраться в Кнессет предыдущего созыва, и они пытаются нечестными методами, мягко говоря, бороться за свои голоса. Я помню, думаю вы тоже помните, как в день выборов они рассылали SMS о том, что якобы Либерман не проходит, голосуйте за «Ямин Хадаш». То же самое они продолжают делать сегодня. Они прекрасно понимают, что единственная партия, которая всегда, на протяжении всех лет последовательно отстаивала реально правые позиции, ревизионистские позиции, светские – такими, как их сформулировал Жаботинский – это только НДИ. Нет другой альтернативы. Они не имеют никакого отношения к правому лагерю…

Они тоже?

Абсолютно. Сегодня Айелет Шакед – это только витрина мессианского движения. Помните, в 1952 году в Израиле была создана «Лига по защите от религиозного диктата»? Кто присоединился к этой лиге? Рав Цви Иегуда Кук, он пожертвовал им деньги, и Ари Жаботинский, сын Зеэва Жаботинского. Знаете, я был очень хорошо знаком и много лет плодотворно работал со Звулуном Хаммером, одним из лидеров религиозного сионистского движения. И смотрю: что общего между Хаммером и Смотричем. Вообще ничего! Между Хаммером и Рафи Перецом? Ничего общего. Северный полюс и южный полюс. Поэтому они не могут говорить о том, что они представляют правый лагерь. Они представляют мессианское движение внутри религиозных сионистов.

Последние опросы показывают определенный спад рейтинга НДИ. Еще недавно опросы предрекали 11 мандатов, на этой неделе уже 9, даже 8 было.

Мы не отслеживаем каждый день. В прошлую пятницу были опубликованы данные четырех опросов. Тогда было – 9-11. Опросы показывает некую тенденцию, но с ними слишком много манипуляций… Знаете, для меня большим шоком были несколько месяцев назад последние выборы в Австралии, таком спокойном, упорядоченном государстве. Тогда по всем опросам был стабильный прогноз: лейбористы победят. На следующее утро объявили: с большим преимуществом победили консерваторы. Если уж в Австралии так, то что говорить о нас… Опросы отражают тенденции, не более того. Напомню, что в апреле за день до выборов газета «Исраэль а-Йом» публиковала: НДИ не проходит электоральный барьер…

И всё же: ваша цель на этих выборах?

Наша цель – создание широкого национального либерального правительства.

И сколько мандатов вам нужно для этого?

Мы надеемся, что получим достаточно много мандатов. Я не хочу загадывать. У нас четкая цель – широкое либеральное национальное правительство без ортодоксов, без радикалов, без мессианского движения, но с участием «Ликуда», НДИ и «Кахоль Лаван».

Ваша предвыборная кампания во многом была построена на противостоянии с ультраортодоксами. Это выплеснулось в социальные сети и зачастую выглядело очень неприятно. Вам никогда не хотелось сказать: «Стоп, остановитесь»?

Во-первых, мы очень много сделали для того, чтобы сдержать поток пустословных, нерелевантных обвинений. Вместе с тем, мы не готовы мириться с религиозным диктатом. Мы говорили об этом давно – и о закрытии магазинов по субботам, и о бойкоте стекольного завода «Фениция», и о попытках расширения полномочий раввинатского суда. Мы подали в БАГАЦ иск по поводу ДНК, правительство оттягивало, оттягивало – до 8 сентября, и издает коммюнике, в котором просит отложить ответ до 18 сентября, после выборов. Наверное, есть что скрывать. Судья выдал резкое решение, заставил их 16-го опубликовать – за день до выборов. И мы с нетерпением ждем возможности прочитать про позицию государства по поводу проверок ДНК… К сожалению, таких вопросов, когда были нарушены договоренности о статусе-кво, набралось слишком много. Еще один пример: 11 сентября Лицман написал письмо Штайницу с требованием прекратить буровые работы в море по субботам. Безумие.

Вы говорили о том, что боитесь провокаций на выборах, что «Ликуд» нанимает хулиганов. Поясните.

Я не просто так говорю. В «Ликуде» обратились к целому ряду наших активистов, которые работали с нами годами. Большинство из них (получив предложение от «Ликуда») обратилось к нам, я сказал: «Я не могу предложить такие деньги. У тебя есть семья, дети. Тебе платят в два-три раза больше, чем у нас – ну, работай». Мне говорят: «Пойми, работать мы будем там, но голосовать мы будем за НДИ». Более того, многие из них находятся на связи с нами. И они рассказывают, что «Ликуд» готовит провокации в день выборов. Я не хочу называть имен, но возьму последнюю публикацию Бена Каспита, посвященную украинским хакерам. Он не называл впрямую «Ликуд», но понятно каждому, кто читает, о ком идет речь. Что они закупили 15 миллионов «вотсапов» и еще, не знаю сколько, миллионов смс-ок, чтобы в последние три дня от моего имени, от имени партии (НДИ) выдавать всякие ложные сообщения. Мы подали четыре жалобы в полицию, включая жалобу на фейкньюз, распространявшуюся со страницы «Ликуда» – моя фотография с нашим лого и заявлением, что вне всякого сомнения мы поведем страну в третий раз на выборы. Мы подали жалобу. К сожалению, полиция ничего не предпринимает. Но даже по публикации Каспита можно понять – о каких масштабах провокаций идет речь.

— Обсудить на странице NEWSru.co.il в Facebook

http://newsru.co.il/israel/13sep2019/liberman_int_701.html

 

Хватит сидеть на нашей шее!Только НДИ гарантирует правительство без ортодоксов!

Geplaatst door Авигдор Либерман op Maandag 8 juli 2019

Посмотреть также...

«Золотой парашют» Израиля

12/07/2019  12:44:43 ПЕТР ЛЮКИМСОН Почему еврейских беженцев больше, чем арабских, и кто кому должен триллион …

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *