Мама Ра — Рахиль Мессерер, мать Майи Плисецкой

09:00:45   03/17/2019

Эту удивительную женщину родственники называли Ра как египетского бога Солнца. Она действительно была для них солнышком, которое излучало мудрость и доброту. В кинематографе эта актриса была известна как Ра Мессерер, а в жизни как Рахиль Мессерер-Плисецкая. Она увидела свет в Вильне в начале весны 1902 в еврейском семействе Симы Моисеевны Шабад и Менделя Берковича Мессерера. Родители с двухлетней дочкой переехали в Москву. Рахиль росла одаренным ребенком с незаурядными способностями, поэтому и училась в престижной гимназии. Любимыми уроками девочки стали музыка и русский язык. Ей нравилось пение в хоре, а по русской грамматике она получала лишь отличные оценки. Учение прервалось в период революции. В то трудное время Рахили пришлось заботиться о младших членах семьи, помогая матери.

Следует отметить, что именно Рахиль принимала судьбоносные решения, которые определяли дальнейшую жизнь близких ей людей. Она поддержала брата Асафа, сестричку Суламифь, решивших заниматься хореографией. Впоследствии они стали знаменитыми балетными артистами. Сама Рахиль тоже довольно рано приняла решение пойти по стезе искусства. Ее творческие способности проявились еще в детстве, когда девочка активно участвовала в домашних представлениях, организатором которых был ее старший брат Азарий.

В 19 лет стала студенткой Института кинематографии. Во ВГИКе девушка училась вместе с Иваном Пырьевым, Борисом Барнетом, ставших впоследствии знаменитыми кинорежиссерами. Она была дружна с Верой Марецкой. Талантливые ребята посещали дом Мессереров, устраивая там вечера с переодеваниями, разгадыванием шарад, зажигательными танцами. Душой компании считался хорошо сложенный, неотразимый, острый на язык Владимир Плисецкий. Однажды он привел в компанию своих друзей старшего брата Михаила. Рахиль понравилась обоим юношам. Красавица выбрала старшего, отдав ему свое сердце.

Творческая карьера молодой женщины библейской красоты с большими печальными глазами началась на «Узбекфильме» в кинокартинах режиссера Якова Протазанова «Вторая жена», «Прокаженная», «Долина Слёз. Страдания героинь, талантливо сыгранных актрисой, не могли зритель оставить равнодушными. Тогда еще Рахиль не знала, что жизнь уготовила и ей очень тяжелые испытания. После рождения в 1925 первой дочки Майи актриса продолжала участвовать в киносъемках. Время от времени она брала с собой и ребенка. В 4 года Майя увидела киноленту «Прокаженная» и расстроилась до слез, восприняв убийство героини как гибель своей мамы.

По семейным обстоятельствам Рахиль оставила работу в кино. Вот-вот должен был появиться второй ребенок, да и супруг получил должности руководителя предприятия «Арктикуголь» и консула Советского Союза на норвежском о. Шпицберген в Заполярье. В места с суровым климатом в 1932 отправилась и Рахиль с грудным сынишкой и 7-летней Майей. Там женщина стала работать телефонисткой, а в свободное время силами местной самодеятельности устраивала различные концертные выступления. Под ее началом была поставле опера «Русалка». Интересно, что главную героиню в ней сыграла юная Майя Плисецкая.

Возвратившись из Заполярья, семья зажила обеспеченной и спокойной жизнью. Михаила наградили орденами и легковой машиной «Эмка», назначили гендиректором треста «Арктикуголь», дали квартиру в центре столицы. В лучах славы купалась и семья Мессерер. Но счастье длилось недолго. В конце апреля 1937 арестовали Михаила Плисецкого. Его жена носила под сердцем третьего ребенка. Обвиненного в шпионаже Плисецкого расстреляли в январе 1938. А весной арестовали и Рахиль как жену «врага народа», забрав ее в тюрьму с грудничком-сыном.

В день ареста она собиралась на балет «Спящая красавица», который шел в Большом театре, с Асафом и Суламифь в главных ролях. Дети должны были идти вместе с мамой, но они отправились туда одни. Мать велела им сказать родственникам, что она вызвана на Шпицберген к супругу. Узнав, что Рахиль увезли в Бутырку, Асаф забрал к себе в семью Алика, а Суламифь – Майю. Хрупкую женщину не сломили застенки. Обладая стойким характером, она не шла ни на какие соглашения, полностью отвергая обвинения в адрес мужа.

А далее был «Акмолинский Лагерь Жен Изменников Родины», который сокращенно именовали «АЛЖИР». Туда Рахиль с малышом Азарием отправили в телячьем вагоне вместе с уголовницами. Это было страшное «путешествие»: холодное, голодное и практически безводное. Но больше всего Рахиль страдала от невозможности дать о себе весточку родным. По наущению уголовниц она влажной головкой спички на бумажном огрызке написала о себе несколько строчек и московский адрес. Заклеила письмо хлебным мякишем и при остановк поезда, увидев на путях женщин и помахав им, сквозь решетку окна бросила свое послание.

Добрая душа, чуть кивнувшая тогда Рахили, отправила письмо по адресу. Суламифь, получившая его, отправилась спасать сестру. Она, к тому времени награжденная орденом «Знак Почета», смогла прорваться к чекистским чинам и выпросить разрешение на свидание с сестрой, чтобы забрать у нее малыша.

Рахиль потеряла сознание, когда ей сообщили о приезде Суламифь. Когда она очнулась, то узнала, что та хочет забрать Азария. Как любая мать, Рахиль хотела облегчить участь своего ребенка, но она прекрасно понимала, что без сына ей не выжить. Наличие грудного младенца при кормящей матери было поводом для освобождения ее от тяжелых работ.

Разговор сестер происходил при коменданте лагеря, но Суламифь смогла понять Рахиль. Она не забрала мальчика, мотивировав слабым состоянием его здоровья, а выхлопотала разрешение отправлять посылки для поддержания жизненных сил племянника.

Суламифь уехала домой с мыслями об освобождении сестры и ее сына. В это время по столице ходили слухи, что сам Сталин на банкете после одного из концертов поднял бокал за Асафа Мессерера. Семейство потребовало от Асафа, чтобы тот помог сестре. В начале 1939 он это сделал, устроив встречу сестры с заместителем наркома НКВД. Суламифь смогла добиться невероятного: перевода Рахили с малышом из лагеря на поселение в Чимкент.

В клубе Культуры этого захолустного городка политзаключенная Мессерер организовала кружок балета. Молодая красивая женщина получала предложения о замужестве от мужчин, но она отвергала их, веря, что ее любимый супруг не погиб и обязательно возвратится к ней. Однажды, получив от сестры посылку с конфетами «Мишка на севере», Рахиль восприняла это как знак того, что Михаил жив. Увы, но к тому времени ее супруг был уже расстрелян.

Рахиль освободили в апреле 1941. Пристанище нашла у своей сестры Суламифь, проживавшей в 2-х небольших комнатках коммунальной квартиры. Рахиль с сынишкой спали на раскладушке у двери, но и это казалось ей верхом блаженства после тяжелых мытарств. А еще она очень радовалась первому большому успеху Майи – ее выступлению в балетном номере «Экспромт» на концерте в стенах школы.

После начала военных действий Рахиль и дети отправились в эвакуацию на Урал. В Свердловске она стала работать в регистратуре поликлиники, что позволяло хоть как-то кормить детей. Несмотря на тяжелую жизнь, Рахиль находила в себе силы в письмах проявлять сочувствие и давать советы родственникам, которые помогали им переносить сложнейшие испытания. Она предпринимала попытки переслать посылки старшему брату Маттанию, находившемуся в лагере.

Особое внимание уделяла Майе. Очень переживала, когда та в течение года не занималась балетом. Делала все возможное, чтобы переехать в Куйбышев. Несмотря на собственные переживания, Рахиль отпустила 16-летнюю Майю в Москву, где она стала учиться в выпускном классе и танцевать на сцене Большого театра.

После войны она трепетно опекала своих сыновей, которые занимались в Хореографическом училище. Ее материнской любви хватало не только на собственных детей. Когда в 1960-е ее сестра Суламифь надолго уезжала за границу, то о племяннике Мише заботилась Рахиль.

После войны она трепетно опекала своих сыновей, которые занимались в Хореографическом училище. Ее материнской любви хватало не только на собственных детей. Когда в 1960-е ее сестра Суламифь надолго уезжала за границу, то о племяннике Мише заботилась Рахиль. Многие вспоминали о ней как о добрейшей и благородной женщине, которая все успевала, поражая своей подвижностью. Она всегда находилась в курсе перипетий беспокойной жизни своих детей, переживая вместе с ними их победы и огорчений. В 1950-е больше всего беспокоилась о Майе, которую органы безопасности подозревали в шпионской деятельности. Знаменитая балерина признавалась, что трудные 6 лет ей удалось пережить благодаря моральной поддержке матери. Рахиль в 1958 выхлопотала дочери, когда она вышла замуж, небольшую квартиру. Ради своих детей эта спокойная, но упорная женщина преодолевала все бюрократические препоны. Жуткой трагедией ее жизни стала кончина сына Александра, который страдал пороком сердца. После его смерти она заметно постарела.

В последние годы своей жизни она гостила в Великобритании у своей сестры Суламифь, в продолжение шести месяцев жила на Кубе у сына Азария, побывала в Испании, Франции. В 1990 вместе с братом Александром, ласково ухаживавшим за пожилой сестрой, посетила Америку. Их радостно принимали в красивом доме племянника супруга Рахили Стэнли Плезента. В утренние часы величавая и прекрасная даже в старости женщина сидела в саду и приветствовала людей, которые проходили мимо нее. Рахиль Михайловна ушла из жизни в 1993. Эта удивительная, много испытавшая женщина покоится в семейной могиле Новодевичьего кладбища, неподалеку от мест последнего приюта Н. Гоголя, И. Левитана, А. Чехова.

Автор: Марина Сливина, для IsraLove

Читать далее: https://isralove.org/load/13-1-0-2471?utm_source=copy

 

Посмотреть также...

Любовь и смерть Василия Чапаева — В поисках истины

09/25/2020  17:29:40

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *